Мужчины снова обменялись взглядами, и Уитни отчетливо поняла, что она тут лишняя. Лучше ей уйти. Безопаснее.
Она снова выдавила из себя улыбку и быстро заговорила, боясь передумать:
— Мсье Редрас, Вы извините меня, я без Вашего дозволения решила выбрать книгу для чтения. Так понимаю, тут назначена встреча, и я мешаю. Поэтому разрешите покинуть Ваше общество.
Под взглядом снова черных глаз Киана она готова была провалиться сквозь землю. А ему-то она, что плохого сделала? Чего серчает?
— Встретимся за завтраком, Уитни.
Обратился неофициально. Богиня!
Уитни кивнула и аккуратно, чтобы не приведи Всемилостивая, не коснуться ни одного мужчины даже краем юбки, проскользнула мимо них и, радуясь, что вышла сухой из воды, поспешила покинуть кабинет.
А зря.
Потому что самое интересное только начиналось.
Как только за девушкой закрылась дверь, Иван скрестил руки на груди и кивнул в сторону двери.
— Объяснишь, чего рычишь и кидаешься?
Киан прошёл к столу, налил из графина воды и залпом осушил стакан.
— Не подходи к ней близко.
— Даже так?
— Да.
— Интересно…
Редрас стремительно развернулся и, прищурившись, рыкнул:
— Ничего интересного нет! Ты же не хочешь схлестнуться с моим зверем?
Брови Ивана медленно поползли кверху, и впервые на его лице отразилось нечто напоминающее искреннее любопытство. Эмоция, несвойственная ему, в принципе.
— То есть я не зря предположил, что ты готов кинуться на меня не только словесно?
— В десяточку! — Киан скривил губы и сел на край стола. Скрестил руки на груди. — Поэтому лучше внемли моим предупреждениям.
— Бренди плеснешь?
— Так утро же.
— Давай, наливай. Я всё равно всю ночь не спал.
— Проблемы?
— Есть такое дело. С ними я к тебе и пришёл.
Киан кивнул и прошёл к буфету, откуда достал приплюснутую бутылку и щедро плеснул спиртного в бокал.
— Выкладывай, что за проблемы.
Пока Иван рассказывал, Киан слушал его молча. Знал — если бы не крайние обстоятельства, Иван к нему не пришёл бы. Они знали друг друга сотню лет, были времена, когда общались очень тесно. Обстоятельства вынуждали. Потом Иван возглавил вампирский клан, у него появились обязанности, от которых не так-то просто отмахнуться. Встречи стали редки. Можно сказать, что по причине проживания Зародски в Бьюри, Киан выбрал этот город для совершения обряда наложенного проклятья. И с другом повидаться, и долг исполнить. Да и работать с одной мадам легче, чем с несколькими. Не приходится объяснять несколько раз одно и то же.
Сейчас же, слушая Ивана, Киан хмурился. То, о чем он говорил — было ожидаемо. И всё же неприятно.
— Естественно, всё сделаю. Надо так надо.
— Благодарен, — Иван кивнул и повертел в руках бокал. — А ты, я так понимаю, намереваешься задержаться в Бьюри?
Редрас не спешил с ответом. Его лицо помрачнело, глубокая складка пролегла между бровей.
— Грагж его знает, — хмуро бросил он. — Не намеревался, если честно. Что мне тут делать? Ваши балы, да званые рауты не для меня. Возня большого города откровенно раздражает. Знаешь же, что я предпочитаю более свободную жизнь. Без условностей. Приезжаю в Бьюри по необходимости.
— Ну да, ну да, наслышан, — Иван допил бренди и поставил стакан на подлокотник кресла. — Как на этот раз прошло Испытание Покорностью? Всё хорошо?
Киан кивнул.
— Естественно.
И лишь заходившие желваки на скулах сказали Ивану, что не всё прошло безукоризненно, не так, как пытается выказать Киан. Настаивать на подробностях не стал — если друг захочет, расскажет сам.
Глаза вампира так же потемнели, и сейчас между мужчинами появилась некая схожесть. Оба красивы суровой красотой, оба наделены властью и влиянием, оба при деньгах и относятся к категории хозяев жизни. И только лишь глаза, в которых поселилась настороженность и отчужденность, говорили, что не всё так просто в их судьбах, как может показаться на первый взгляд.
— Твоя задержка связано с мисс Кларисси?
— Пожалуй, и я выпью, — Киан снова прошёл к буфету. — Про мисс Кларисси я бы не хотел говорить. Извини. И да… Моё предупреждение в силе — не кружись вокруг неё. Мой зверь чрезмерно эмоционально воспринимает девушку.
— Я уже понял.
Мужчины обменялись взглядами, после чего перешли к обсуждению текущих деловых проектов, где их финансовые интересы непосредственно пересекались.
После того, как они закончили разговор, и Киан предложил Ивану остаться на завтрак, мужчины распрощались.
Как только за Иваном закрылась дверь, Киан выждал десять секунд. Схватил статуэтку в виде летучего змея и швырнул в стену.
Проклятье!
Он наврал другу. Испытание Покорностью прошло отвратительно. Отвратительно — слабо сказано.
И во всем виноват лишь он сам.
Всё с самого начала пошло не так. И не будь Киан так самоуверен и рассержен, он непременно бы насторожился.
Но куда там…
