Следом мои ноги подкосились. Словно тонкий луч чего-то разрушающего бил мне прямо по ногам, отдавая в поясницу. Цепочка на шее нагрелась, гудела, но её явно было недостаточно. Следом потяжелела и рука. Я понял, что на этом шаге меня переиграли — никак не привыкну к тому, что в этом мире оружием также являются артефакты. И к тому, что кто-то, выглядящий как честный дворянин, окажется более подлым, чем я сам. Я опустился на колени на снег, положив пистолет прямо перед собой. Ко мне уже спешил Абрамид, намереваясь отобрать моё оружие.
Но он не дошёл всего пару шагов до меня. Где-то далеко, на границе порта, где заканчивалась бухта, и начинались сопки, раздался выстрел. Абрамид упал навзничь с дыркой в центре лба.
— Абрамид! — заорал Евгений. — Ты — урод, ты убил Абрамида!!
— Это не он! — услышал я голос одного из наёмников, который буквально схватил Евгения за плечо и затащил за контейнер. — На горе!
Послышался ещё один выстрел, и Евгений, уже почти залезший в укрытие, схватился за ногу. В ответ наёмник дал очередь в сторону стрелявшего. Кто мог быть моим защитником? Василий, управляющий фермой? Кто-то из людей отца? Или, может, Сид?
«Точно не последний», — понял я. Потому что увидел, как двое других наёмников, используя контейнеры как укрытия, тащат моего комардина к джипу.
Ануки видно не было. Однако жизнь Сида была для меня сейчас ничуть не менее важной, чем жизнь девочки, которую я видел в первый раз.
Сид уже не дёргался — стоял со скованными сзади руками, но двое наёмников его едва удерживали — всё же, силушки в нём было достаточно.
— Ты меня ранил, — сообщил Евгений. — Что ж… И убил моего комардина. А я, между прочим, и не думал тебя убивать.
— Не… я… — сказал я.
Сказал тихо — парализатор, направленный на меня, всё ещё действовал. Но мой противник услышал.
— Что? Не ты? Да, вижу. Не ты. Кто у тебя там? Снайпер? Но твой комардин всё равно отплатит за это. Пока что просто что-то отрежем… В общем, отдай мне девчонку, иначе я его прикончу!
Один из бойцов, сжимающих Сида, внимательно взглянул сначала на Евгения, потом на меня. Затем врезал под дых.
— Только попробуй, — прокомментировал я. — Или я найду тебя… Или другие…
Он медлил, секунды играли на меня. Евгений хохотнул.
— Всё-таки ты не сильно изменился, Даречка. Ты всё так же милосерден, печёшься за судьбы простых работяг. Для тебя их жизнь ценная, ведь так? А этот для тебя словно брат, да? С детства с тобой, вместе многое повидали? Это такая отличная ахиллесова пята — забота о крепиках. А между тем они все — ошибка природы. Особенно нулевые. Жертвы естественного отбора, рабочие особи в муравейнике. Хотя, конечно, иногда вырастают вот такие вот, здоровые, как этот. Но их не надо жалеть, ты понял?
— Коллекционер грёбаный, — прошипел я. — Ты меня учить решил? Фильмов пересмотрел? Кончай цирк.
Я почувствовал, что силы начинают возвращаться. Пригляделся — чуть поодаль рядом с настилом был пришвартован лёгкий катерок. Старый, учитывая, что двигатели здесь изобрели куда раньше, чем в иных мирах, ему мог быть и век, и даже полтора. С потрескавшимися бортами и истёртым гербом на боку. Нос был обращён к берегу, швартовый крепился ко кнехту в самом начале настила. А корма покачивалась всего в полутора метрах от меня. «Прыгнуть на него», — подумалось мне? Но что дальше? Сиду это бы не помогло. Потянулся к пистолету, который выпал из рук, но это было ненадолго. Евгений снова стиснул в руках кристалл и приказал одному из бойцов:
— Иди, ствол у него забери. Короче, Цим-Циммер. Я могу ждать ещё твоего решения минут пять, потом у меня кончится кристалл, и мне придётся твоего парня прикончить. Потом займёмся поисками девки, уверен, она не убежала далеко. Я попросил ворота у порта закрыть.
— Командир, я не пойду, — сказал боец и мельком выглянул из-за контейнера. — Там на холме снайпер сидит. Неразумно под пули лезть.
— У тебя же шлем! И броник!
— Откуда я знаю, какой у него калибр?
Я усмехнулся. Калибр? Я не знал, что за материал у шлемов и брони вояк, но в большинстве известных мне миров попадание из снайперки даже рикошетом как минимум отрубает и дарит сотрясение. Но я всё ж решил подсказать.
— Семь и пять. Семь и шесть, может. Я не знаю, какие тут калибры. Судя по выходному отверстию в башке твоего комардина.
— Значит, ты не знаешь, что за снайпер? И где он сидит? — догадался Евгений.
— Не знаю. И где Анука, не знаю.
— Ясно, — кивнул Евгений. — Кончай его.
Один из придерживающих Сида потянулся к голенищу сапога, достал нож. Лезвие сверкнуло мне в глаза. Сид заворочался, зарычал, как загнанный медведь, буквально раскидывая их в стороны, но они держались цепко. Нож оказался у горла, лёгкое движение…
В этот момент следует отмотать на десяток секунд назад.
