Рейер наблюдал одного 28-летнего пьемонтца с фигурой атлета: у него было мало волос на бороде и на теле, но зато ла голове красовалась пышная темно коричневая шевелюра. Волосы были тонкими, шелковистыми и специально подкручивались. В собранном виде их окружность составляла 1,50 метров.
Некоторые патологические факторы могут спровоцировать случайный рост волос. Бойер в своих докладах на конференциях часто приводил пример с одним из своих пациентов: на ягодице у мужчины имелась одна воспаленная опухоль; однако, постепенно, вся ее поверхность стала покрываться многочисленными длинными волосами. Рейер описывает несколько случаев подобного рода. В одном из них, он говорит о двухлетнем ребенке, имевшем покрытую волосами ампулу. В другом примере, он сообщает об одном студенте медицинского факультета, на коже у которого, после принятия морских ванн и загорания на солнце, высыпали темные пятна, а через некоторое время на них начали пробиваться волоски. Бришто рассказывает о 24-летней женщине, с белой кожей и жгучими черными волосами, у которой, в результате атрепсии, все тело, а в особенности спина, грудь и живот, было покрыто мелкими бугорками, похожими на “гусиную кожу”. Постепенно выпуклости приобрели коричневатый оттенок, и через несколько дней на их поверхности появились мелкие светлые волоски: они росли так быстро, что вскоре покрыли все тело, за исключением рук и лица. Позже, волосы самопроизвольно выпали и уже больше не вырастали.
Аномалии цвета волос. Большинство новорожденных появляется на свет с белыми прядями волос. Шенк описывает мужчину, борода у которого также была белого цвета. Встречаются случаи, когда у юношей между 18 и 20 годами волосы начинают седеть. Рейер полагает, что ранее поседение волос может быть вызвано душевными переживаниями, частыми головными болями, активной половой жизнью и т. д.
Резкое изменение цвета волос происходит обычно после нервных срывов и бурно переживаемых событий. Так, во времена Карла V, а именно в 1546 году, один молодой человек, был заключен в тюрьму по обвинению в совращении одной из своих подруг. Сидя в застенках и ожидая себе смертного приговора, он был подавлен страхом и окончательно отчаялся. Когда юношу подвели к судье, его лицо было мертвенно-бледным, а волосы и борода поседели. Подобная трансформация произошла всего лишь за одну ночь. Императора растрогало его жалкое состояние, и юноша был прощен. В одной статье упоминается о священнике из Ноттингема, имевшем тринадцатилетнюю дочь: за ночь ее жгуче черные волосы превратились в абсолютно белые, причем трансформации подверглась лишь затылочная область. Волосы быстро стали пепельными, а в шесть лет поседела уже вся голова. В этой же статье описывается восьмилетняя девочка из Бедфоршира по имени Мария Сили: с правой стороны головы у нее росли длинные черные волосы, а с левой — короткие и светлые. Тоже самое происходило и с цветом ее кожи, который с одной стороны был матовым, а с другой — светлым, причем с этой же стороны кожа покрывалась длинными белыми волосками. Девочку осматривали на Медицинском факультете в Лондоне, но причину подобного феномена установить так и не удалось.
О случае внезапного поседения сообщает Войгтел. Биша хорошо был знаком с подобным типом аномалии, поскольку его собственная шевелюра практически полностью поседела после того, как он пережил нервный срыв. Кассан упоминает о схожем случае. Рейер сообщает, что когда госпожа Пера узнала, что ее вызывают в Палату Пэров для дачи показаний по делу убийцы Лувеля, она так сильно переволновалась, что ее волосы за одну ночь из каштановых превратились в белые. Байрон повествует о подобной аномалии в первых строках своего “Шильонского узника”:
“Взгляните на меня, я сед,
Но не от хилости и лет,
Не страх внезапный в ночь одну
До срока дал мне седину”.
