Со стороны Балкина озера вдруг дохнуло холодом. Виктор содрогнулся.
– Макар! Почему так… – Он не договорил.
Сухой камыш, в котором они недавно спасались от Сивого, расступался, таял в воздухе, и открывшееся пространство превращалось в ледяную поверхность. Дыхание мороза охватило берега озера, покрыло инеем оставшиеся пучки камыша, лизнуло землю, поползло по склону кургана.
Парни попятились, а потом вовсе побежали в сторону села. Виктор посмотрел им вслед, испытывая огромное желание присоединиться, однако Макар даже не обернулся.
– Зот, надо уходить. Мы замерзнем к чертовой матери.
Мороз не поднялся к вершине искусственного холма, только дыхание его нет-нет да и долетало до Зотова, заставляя тело вздрагивать от ледяных прикосновений.
Картина у подножия кургана приобретала все более четкие очертания. Вскоре Виктор увидел не сухое озеро, а полноводную замерзшую реку с обросшими камышом берегами. Серые пятна снега лежали на земле. По небу плыли блеклые клочья тумана.
На льду реки стоял отряд рыцарей. Ковалев видел частокол копий, украшенных вымпелами, видел тусклый блеск оружия, луки в колчанах и оперение стрел. Чешуйчатая броня защищала фигуры всадников, длинные полы покрывали ноги рыцарей. Шлемы с медными или бронзовыми налобниками на головах, маски скрывают лица. Во главе отряда на самом острие боевого клина – всадник с бронзовой маской, которая показалась Виктору знакомой.
Головы, шеи и спины рыцарских коней покрыты той же чешуйчатой или пластинчатой броней.
Тяжеловооруженные всадники стояли по периметру клина, прикрывая центр – несколько легковооруженных всадников и две телеги.
– Аб-балдеть. – Подбородок Виктора дрогнул, едва не лишив его языка.
Метрах в двухстах от боевого клина готовился к бою второй отряд, вдвое превосходящий рыцарей, – те самые призраки, которые едва не сбили Ковалева с ног.
– Зот, это рыцари? – тихо спросил Виктор, чувствуя себя мальчиком на турнире реконструкторов «Генуэзский шлем» в Судаке.
– Катафрактарии, – ответил Зотов, не отводя взгляда от картины минувшей эпохи.
Он вдруг спохватился и поднес темное стекло к глазам. На какое-то мгновение в просвете рваных облаков выглянуло солнце… Выше висело второе светило.
Ковалев громко выругался, а сумасшедший кузнец рассмеялся, поднимая руки к небу.
– Звезды! – воскликнул Макар.
Первое светило полностью скрыла луна, и на небе загорелись звезды. Второе солнце превратилось в месяц.
