Синдзи даже и не думал останавливаться, с каждым движением толкая член в самую глубь и упираясь головкой в шейку матки, вминая ее внутрь себя и возвращаясь обратно. Помутневшим сознанием он едва воспринимал пролетающие мимо машины, радостно сигналящие им и подмигивающие фарами, постепенно нарастающую толпу ошарашенных зевак по обеим сторонам улицы, снимающих их на камеры мобильников, изумленные физиономии в окнах домов, гогот и ропот вокруг, сейчас он мог только наслаждаться горящим и туго смыкающимся вокруг его пениса лоном Аски.
— А-а-ах!.. Во мне… трется… Синдзи!.. М-а-а-ах!!!
Девушка окончательно обессилела и почти рухнула на землю, однако Синдзи, не вытаскивая члена, успел подхватить и поднять за ноги перед собой, держа ее разведенными бедрами наружу, открыв собравшимся зрителям трепещущую ярко-красную киску девушки. Та даже не поняла, что произошло, насаживаемая и подскакивающая на члене, она надсадно, с дрожащим стоном запищала, забилась и резко выгнулась, закинув голову назад, прямо на плечо Синдзи. И вдруг в воздух перед ним из разведенных ног брызнул воздушный фонтан, будто облачко спрея, Аска с дрожью напряглась и тут же резко обмякла. Синдзи сам охнул, когда его член сначала плотно обвило влагалище, а потом прерывисто запульсировало, и теперь он с удивлением обнаружил, что желанное чувство оргазма, будто замерев на изготовке, ждало его сигнала, стоило лишь ослабить хватку между ног. Он едва не воскликнул от восторга, но вдруг обнаружил, как Аска нервно приподнялась на его руках.
Только сейчас она заметила, что нависает над членом с разведенными ногами посреди уже оживленной улицы со своей открытой взорам трех десятков свидетелей киской, обнаженной и разгоряченной, истекающей и изнеможенной. Синдзи, уже изрядно подуставший, ощутил, как волна дрожи прошла по спине девушки, как кожа ее покрылась мурашками и руки затряслись, и вот ее полное ужаса лицо медленно повернулось к нему, по щекам заструились ручейки слез из округлившихся глаз, и Аска вдруг закричала. Синдзи уже больше не мог держать ее, девушка, в истерике забившись на его руках, соскочила с члена, упала на асфальт и тут же поднялась, раздирая кожу на коленях и ладонях. Синдзи попытался ее перехватить, так как она уже не осознавала, что творит, но рыжеволоска вдруг резко дернулась и вскинула руку, располосовав ногтями его щеку. И только сейчас, с глубоким ужасом в глазах взглянув на окровавленные полоски на лице Синдзи, она будто осела.
— П-Прости… — выдохнула она, запинаясь от страха. — Прости… Я не хотела… Прости меня… Прости…
И вдруг резко развернувшись, она бросилась бежать прочь от него, провожаемая радостным улюлюканьем толпы и гудками машин, закрыв обнаженную грудь руками и спрятав лицо, она помчалась прочь, через улицу, как можно дальше. Синдзи не мог преследовать ее из-за спущенных штанов, да и люди вокруг неожиданно сомкнулись стеной, аплодируя и что-то крича. Он и так знал, куда побежала Аска, но сейчас хотел избавиться от всех этих надоедливых мух, убраться во тьму, чтобы его никто больше недоставал, поэтому он, подтянув штаны, схватил сумку и сиганул за высокий бетонный забор, рядом с которым стоял, попав в чей-то дворик. С той стороны донеслись радостные и насмешливые реплики, и, кажется, где-то вдалеке послышался вой полицейской машины, так что Синдзи просто побежал. На ходу поправив одежду, он понесся через лабиринт узких переулков. Разодранная щека щипала до слез, кровь стекала по шее, и только сейчас Синдзи смог осознать, что он натворил.
«Черт побери, я же не хотел делать это на улице! А все так хорошо шло, Аска была уже у меня в руках. Вот дерьмо…»
Когда дыхание сдало, запыхавшийся Синдзи перешел на шаг и, еще поплутав по улице, вышел к станции монорельса.
«Ладно, не все так плохо. Я просто форсировал события, с Аской получилось непредвиденно, но приемлемо. Однако я не смог сдержать себя, и это привело к тому, что я все еще на взводе… И, черт, как же болит! Мне нужно лекарство».
Выйдя из поезда, где он успел перевести дух и совладать с бурлящим возбуждением, Синдзи твердым шагом пошел к намеченной цели. Пусть его план завершился раньше времени и не совсем ожидаемым результатом, но оставалась вторая часть, которая очень удачно может закончить сегодняшний день. Поднимаясь по знакомой лестнице, идя по знакомому коридору, Синдзи надеялся лишь, что дома кто-то будет. Несмотря на то, что он до неистовства желал рыжеволоску и не сомневался в ее податливости, особенно после того полного страха и вины взгляда, он решил взять паузу, потому что был уверен, что сейчас она также страдает, боится и жаждет, и это доставляло огромное удовольствие. Пусть все будет так, как будет.
