Дома все было расчудесно – пес накормлен и выгулян, ужин из макарон и сосисок приготовлен. Единственное, что мешало со вкусом предаться поздней трапезе, была раскладушка с пытающимся уснуть Владом, занимающая практически все свободное пространство крошечной кухни.
– Девочки, можно потише? – сердито гудел он из-под одеяла, пока мы перелезали через него туда-сюда, разогревая ужин. – В отличии от вас мне все-таки завтра на работу вставать!
– Тише мы не умеем, – огрызнулась Тайка, включая плиту. – Сена, подай мне сковородку, я сосиски обжарю, а то вареные они пакостные.
– А вы не можете просто полить их кетчупом, съесть и уйти отсюда? Я спать хочу, мне завтра…
– Не можем! Спи на здоровье, кто тебе мешает?
Влад что-то буркнул невразумительное и сунул голову под подушку.
– Тай, – сжалилась я над бедным Владом, – пойдем ужинать в комнату, дадим человеку нормально отдохнуть.
Тая возражала, предлагая выволочь раскладушку со всем содержимым в коридор, но в прихожей спал Лаврентий, тревожить любимого питомца я не имела конституционного права. В конце-концов, я настояла на своем, прихватила тарелки, и уволокла Тайку с кухни. Все-таки мы слишком часто испытываем терпение Владика, и мне не хотелось, чтобы в один прекрасный момент оно лопнуло с оглушительным грибовидным взрывом.
Прошло три дня, а от Славы все еще не было вестей. Никаких особых занятий мы не могли себе найти, и Таисия впала в такую скуку, что все-таки решила устроиться на работу. И даже не стала откладывать это долгожданное событие в долгий ящик, а взяла и позвонила Горбачеву с вопросом, нужен ли все еще их агентству секретарь? Михаил Сергеевич обрадовался, что Тая наконец-то созрела и попросил ее приехать так скоро, как только она сможет. Не думаю, что бравому детективу действительно так сильно требовалась Таисия в качестве сотрудницы, наверное ему просто было бы спокойнее держать нас поближе к себе, чтобы мелькали на глазах, имея возможность контролировать, а главное во время пресекать нашу кипучую деятельность. Таиска пообещала приехать в понедельник и поспешно распрощалась, из чего я сделала вывод, что не так уж и сильно ей хочется выходить на работу. Стоит только человеку расслабиться и вырваться из рабочей рутины, и залезать обратно в жесткие рамки «с девяти до шести, два выходных, отпуск в декабре» страх как не хочется.
Тайка маялась скукой, я тоже слегка страдала, даже на работу захотелось выйти… честное слово, я не шучу.
Отупляющее Безделье находилось в самом разгаре. Мы слонялись по квартире, не в силах изобрести себе хоть какого-нибудь мало-мальски достойного занятия. Попробовали даже взяться за уборку, но это нам быстро наскучило. Полезли в шкаф перебирать тряпье – что оставить, а что на выброс. Оставили все. Жадность в очередной раз победила.
– Пойду ванную почищу, – уныло сообщила я и поплелась из комнаты. – Потом помою мебель на кухне, а потом…
– Сена, а пойдем в кафе? – неожиданно предложила подруга.
– У нас денег навалом? – удивилась я, притормаживая в дверном проеме.
– Кое-что осталось. Пойдем, у тебя тут рядом какой-то кафешник, оттуда все время слюноточиво тянет шашлычками, пойдем, дружочек, продлим себе отпуск, все равно заняться нечем. А это невыносимо, невыносимо! Бездействие меня убивает!
– Что ж, если посещение шашлычной тебя спасет…
– Спасет, Сеночка, еще как спасет. Идем, идем, скорее.
Я и не особо-то сопротивлялась, сама уже от скуки умирала. По-быстренькому оделась, бросила в сумку карандаш, блокнот и сообщила о своей готовности.
– А зачем тебе блокнот в шашлычной? – зевнула Тайка, лениво начесывая челку.
Как же можно идти в захудалую шашлычную без мощного начеса?
– Попробую набросать темы статей, обещанных Конякину. Если сегодня-завтра Слава не сообщит хоть какие-то новости, в понедельник пойду на работу.
– Значит, конец расследованию? – Тая поставила челку дыбом и потянулась за баллончиком лака.
– Получается – да, – вздохнула я. – Позвоним в Евпаторию Кириллу Борисовичу и посоветуем взять в разработку призрак мамонтенка Коли, как одного из самых вероятных подозреваемых.
Начесавшись и надушившись, благополучно выкатились на свежий воздух. Вечерело. Во двор уже мамы с колясками и бабульки. Хотя, бабульки, похоже, со двора никогда никуда и не уходят.
В маленькой душной шашлычной все столики были свободны кроме одного, за которым скромно, тихо напивалась пивом компания пожилых дяденек в количестве четырех человек. Как на грех, молодых красавцев бизнесменов, совершенно случайно завернувших отметить удачные деловые переговоры в эту тошниловку, не наблюдалось. Некого было сводить с ума грандиозно начесанной челкой. Мы присели за столик, к нам незамедлительно подскочил официант ярко выраженной кавказской наружности и положил перед нами меню. Я чуть под стол не упала, здесь подавали меню! Как правило, в заведениях такого уровня, прейскурант писался на куске картона и крепился у барной стойки. Тайка взяла меню, раскрыла и углубилась в изучение ассортимента.
