8. Ты — неуязвим, ибо ты — невиновен. За прошлое цепляются лишь с помощью вины. Вина предполагает наказание за содеянное и, таким образом, она зависит от одномерного времени, текущего от прошлого к будущему. Тому, кто в это верит, недоступен смысл "всегда", поэтому вина и отнимает у тебя разумение ценности вечности. Ты бессмертен, ибо ты вечен, поэтому "всегда" должно быть и сейчас. Следовательно, вина есть способ удержать и прошлое, и будущее в твоем разуме, дабы обеспечить непрерывность эго. Ибо покуда за содеянное в прошлом необходима кара, сохранность эго обеспечена. Однако, залог твоей непрерывности — в непрерывности Бога, а не — эго. Бессмертие есть противоположность времени, поскольку время истекает, бессмертие же вечно.
9. Приятие Искупления учит тебя сути бессмертия, ибо приемля собственную невиновность, ты постигаешь, что прошлого никогда не было, а потому и в будущем нет никакой нужды, и его не будет. Будущее, во времени, всегда ассоциируется с искуплением греха, но ощущение такой необходимости рождено исключительно виною. Приятие невиновности Божьего Сына как твою собственную невиновность — это и есть Господень путь напомнить тебе о Его Сыне, о том, кто он есть в истине. Ведь никогда Господь не осуждал Своего Сына, и будучи невинным, тот — вечен.
10. Вину нельзя рассеять, сделав ее сперва реальной, а после искупив ее. Таков план эго, который оно предлагает вместо рассеяния вины. Преданное бредовой идее, будто атака и есть спасение, эго верит в искупление через атаку. И ты, лелеющий вину, должен в это безоговорочно поверить, ибо как еще, если не отождествляя себя с эго, возможно дорожить тем, что тебе не нужно?
11. Эго побуждает тебя к атаке на самого себя в силу твоей виновности, но это лишь усиливает вину, ибо вина есть результат атаки. Поэтому в учении эго нет избавления от вины. Ибо атака делает вину реальной, а если вина реальна, то нет путей преодоления ее. Святой же Дух рассеивает вину, спокойно признавая, что ее вовсе не было. И, глядя на невиновного Господня Сына, Он знает, что это — истина. А поскольку это истинно и для тебя, ты не способен на себя напасть, ведь без вины атака невозможна. Так ты спасен, раз Сын Господень — невиновен. Ты, будучи всецело непорочным — неуязвим.
1. Конечная цель проекции всегда — избавление от вины. Но характерно, что эго всегда пытается избавиться от вины по–своему, ибо как бы сильно ни желало оно сохранить вину, ты находишь ее невыносимой, поскольку вина стоит преградой к памяти о Боге, тяга к которому столь сильна, что ты не в силах ей противиться. В этом вопросе и возникает самый глубокий раскол из всех возможных, ибо удерживая вину по настоянию эго, ты не способен быть самим собой. Только убедив тебя в том, что оно есть ты, эго способно склонить тебя спроецировать вину и сохранить ее, тем самым, в своем разуме.
2. Теперь подумай, как странно выглядит подобное решение эго. Ты проецируешь вину, чтоб от нее освободиться, на самом же деле, ты просто ее прячешь. Правда, ты ощутишь вину, но не поймешь, откуда она взялась. И свяжешь появление ее с нелепейшим набором "идеалов эго", которые, по его разумению, ты предал. Тебе и невдомек, что предаешь ты Сына Божьего, видя его виновным. Поверив, что ты — более не ты, уже не осознать, что предаешь ты самого себя.
3. Под самым мрачным краеугольным камнем твоей мыслительной системы вера в вину таится от твоего сознания. Ибо в том мрачном тайнике сокрыто осознание твоего предательства Божьего Сына осуждением его на смерть. Ты даже не подозреваешь, что эта убийственная и целиком безумная идея сокрыта здесь, ибо позывы эго к разрушению столь сильны, что ничего, кроме распятия Господня Сына, его в конечном счете не удовлетворит. Эго — слепо, а потому не знает, кто таков Божий Сын. Но дай ему почуять где–то невиновность, как тотчас же, обуреваемое страхом, оно пытается ее сгубить.
4. Странное поведение эго, по большей части, прямо связано с его определением вины. Для эго невиновные — виновны. Те, кто не нападают, — ему "враги", ибо не принимая его интерпретацию спасения, они — в прекрасном положении для избавления от него. Они достигли самого глубокого и темного краеугольного камня в фундаменте эго, и хотя эго способно выстоять против твоих сомнений в чем–либо другом, жизнью своей оно оберегает этот единственный секрет, от коего зависит всё его существование. Следовательно, именно этот секрет мы и должны увидеть, ведь эго не способно оградить тебя от истины, в присутствии которой ему — конец.
