1. Когда меж Богом и Его творениями, или между Его детьми и их творениями не вклинивается восприятие, знание творения длится вечно. Отражения, принятые в зеркало твоего разума во времени, лишь приближают, либо отдаляют вечность. Сама же вечность — вне всякого времени. Так дотянись же до нее из времени, коснись ее с помощью отражения ее в тебе. Ты повернешься к святости от времени с той же уверенностью, с какою святость взывает каждого отречься от вины. Будь отражением Небесного покоя здесь и принеси сей мир к Царству Небесному. Ведь отражение истины влечет всех к истине, и приобщаясь к ней, все оставляют отражения позади.
2. На Небесах реальность полностью разделяется, а не отражается. Разделяя ее отражение здесь, Сын Божий принимает ее подлинность как единственно возможное восприятие. И так к нему приходит воспоминание об Отце, и ничего, кроме его собственной реальности, более не в состоянии удовлетворить его. На земле концепция беспредельности недоступна, ибо мир, в котором ты, как тебе кажется, живешь, есть мир пределов. В сем мире отсутствие степеней трудности в происходящем расценивается как ложь. Чудо следовательно имеет уникальную функцию и побуждаемо уникальным Учителем, который вносит в этот мир законы иного мира. Единственное, что тебе под силу, — это чудо, превосходящее степени трудности с помощью равенства, а не различий.
3. Чудесам чужд дух соперничества, и ты способен сотворить бесчисленное множество чудес. Они могут происходить одновременно, их — легион. Это усвоится легко, как только станет очевидной сама возможность чудотворства. Много труднее поверить в отсутствие в них степеней трудности, что накладывает на них печать потустороннего и приходящего извне. В мирском воззрении сие немыслимо.
4. Ты, вероятно, замечал, что между твоими мыслями нет соперничества, что не взирая на конфликт, они способны возникать одновременно в великом множестве. Ты, видимо, настолько к этому привык, что данный феномен тебя не удивляет. Но точно также ты привык какие–то мысли считать важней, значительнее, лучше, мудрее, продуктивней или ценней других. Это справедливо для мышления тех, кто думает, будто живет отдельно. Ибо одни мысли отражают Царство Небесное, другие — побуждаемы эго, которое создает лишь видимость мышления.
5. В результате сплетается меняющийся, постоянно движущийся и беспокойный узор. Он непрестанно перемещается в зеркале твоего разума, и отражения Царства, мелькнув, тускнеют и заволакиваются тьмой. Тьма застилает свет мгновенно, и чередующиеся узоры света и тьмы перемежаются в твоем разуме. Оставшиеся крохи здравомыслия удерживаются вместе ощущением порядка, который ты установил. Однако уже сам факт, что ты способен внести порядок в сплошной хаос, показывает тебе, что ты — не твое эго, и что в тебе должно быть нечто большее, чем эго. Ведь эго и есть хаос, и если бы эго было всем, что ты есть, порядок был бы невозможен. Но тот порядок, которому ты подчиняешь разум и который ограничивает эго, ограничивает и тебя. Остановить порядок — значит судить и поступать согласно этому суждению. Следовательно, это функция не твоя, а Святого Духа.
6. Довольно трудно осознать, что у тебя нет базы для упорядочения своих мыслей. Этому уроку Святой Дух учит прекрасными примерами чудес, показывающих, что твой путь наведения порядка неверен, и что тебе предложен лучший путь. Чудо дает один ответ на любую просьбу о помощи. Оно не обсуждает просьбу. Оно распознает в ней суть и отвечает сообразно. Оно не судит, какая просьба громче, значительней, важнее. Ты, вероятно, недоумеваешь, как же тебя, привычного к суждению, просят исполнить то, что вовсе не нуждается в твоем суждении. Ответ на редкость прост. Сила Господня, а не твоя, рождает чудеса. Чудо само по себе — не что иное как свидетельство в тебе Господней силы. Вот почему чудо равно благословляет всех соучаствующих в нем, вот почему все его разделяют. Сила Господня беспредельна. И будучи всегда максимальной, она предлагает всё в ответ на чью угодно просьбу. Здесь нет степеней трудности. На зов о помощи приходит помощь.
7. Единственное суждение допускает Дух Святой, деля всё на две категории: любовь и просьба о любви. Подобное разграничение не под силу тебе самому, ибо ты слишком себя запутал, чтобы узнать любовь или поверить, что остальное всё — не что иное как просьба о ней. Ты слишком привязан к форме, а не к содержанию. То, что ты принимаешь за содержание — вовсе не содержание. Оно — не более чем форма. Ведь реагируешь ты не на то, что предлагает тебе на самом деле твой брат, а лишь на определенное восприятие его предложения, которым эго судит его.
