– Большая часть моей жизни прошла здесь, господин ректор. Детство, юность… Отсюда я собирался начать свой взрослый путь. Вы отняли у меня эти годы, уничтожили светлое воспоминание одним точным ударом. Теперь об этом месте я буду думать с горечью. У меня был лучший друг, какого только можно встретить, были парни, ставшие моей второй семьей. Был дом, где я знал каждую пядь земли. Был Таганай, в конце концов. Вы забрали у меня всё это и заставили усомниться в идеалах отца, которым я верил эти годы. Пираты уничтожили мою судьбу, данную от рождения, вы – новую, подаренную отцом. Вы попросту стерли мою жизнь, и этого я вам и вправду не прощу и не забуду. Но я остаюсь Саттором, а значит, сумею начать всё заново и в третий раз. Я не буду желать вам удачи, вы ее себе прекрасно создаете сами. – Рик невесело усмехнулся, но продолжил: – Мой отец умеет разбираться в людях. Знаете, он всегда отзывался о вас с уважением. И раз уж он увидел того, кто достоин уважения, то я желаю вам проснуться, потому что привык верить Георгу Саттору. Быть может, тогда вы сможете увидеть, что сотворили. Жаль, что это уже ничего не исправит. – Курсант расправил плечи, вытянул руки по швам и уже другим тоном произнес: – Разрешите идти, господин генерал.
– Идите, курсант, – устало махнул рукой Романов.
– Прощайте, Алекс, – вдруг без всякой субординации ответил Рик.
– Прощай, мальчик из другой эпохи, – на губах генерала появилась горьковатая улыбка. Это была их последняя встреча.
На следующий день, после того, как Егора приговорили к смертной казни, Рик проснулся с жесточайшим похмельем. Боб уже ожидал его пробуждения и сразу подал стакан, где был растворен тонизирующий препарат. Парень жадно выпил приятную на вкус жидкость, затем полежал еще пару минут, ощущая, как рождается заново. После принял душ, оделся и спустился к завтраку сосредоточенным и молчаливым.
– Доброе утро, сын, – приветствовал его отец.
– Здравствуй, Рик, – нерешительно улыбнулась Рина, испытующе глядя на парня.
– Доброе утро, – кивнул им Рик.
– Как ты? – спросил Георг, напряженно наблюдая за сыном.
– Буду жить, – ответил младший Саттор.
Генерал еще некоторое время наблюдал за ним, наконец, кивнул и слегка расслабился, не заметив ни начинающейся истерики, ни апатии. Чтобы ни решил для себя Рик, но ломаться он явно не собирался. И когда Регина оставила мужчин одних, парень поднял взгляд на отца.
– Пап, это был не пьяный бред, – произнес Рик. – Я хочу вытащить Егора с Адоры. С тобой или без тебя, но я рискну. Может, его жизнь и испоганили, но убить его я не позволю.
– Погибнешь сам? – прищурился Георг.
– Даже если и так, я буду знать, что сделал всё, что мог, – ответил Рик, глядя отцу в глаза. – Но жить, зная, что он умер за хрен собачий, я не хочу.
– Это гиблое дело, сын, – вдруг охрипшим голосом произнес старший Саттор.
– Я знаю, пап.
– Ты пропадешь…
– Не факт.
– С Адоры убежать невозможно. Это не просто колония, это – планета-колония. Туда можно только попасть, но выбраться…
– И все-таки попробовать стоит.
– Ты сумасшедший сукин сын, – оторопело ответил генерал, но в его глазах мелькнуло восхищение. – Ты вообще понимаешь, во что ты хочешь ввязаться? Мы ни черта не знаем про Адору, кроме того, что туда отправляют самых опасных преступников с нескольких планет Альянса.
– Значит, я узнаю.
– Мальчишка! – вдруг прогрохотал старший Саттор, вскакивая с места. Он взволнованно прошелся по кухне, после порывисто обернулся к сыну и взлохматил себе волосы. – Это абсолютно провальная затея, Рик!
– Не факт, – упрямо повторил парень. – Я подготовлюсь лучше, чем перед визитом к Хмурому, и уже точно не наделаю ошибок, на это нет права. Обещаю, что не рвану туда, надеясь только на удачу.
– Черт, – выдохнул генерал и снова упал на свой стул. – Ты пугаешь меня, сын. Я даже не знаю, что мне делать: то ли связать тебя по рукам и ногам, чтобы не вздумал сунуться в заведомо провальную авантюру, то ли…
– Ты не обязан мне помогать, пап. У тебя началась новая жизнь, и ни к чему герою Геи портить свою репутацию…
– Поговори мне еще! – рявкнул Саттор. – Щенок! Ты за кого меня держишь? Думаешь, я опасаюсь за свой зад? Или трясусь над генеральскими погонами? – После выдохнул и провел ладонью по волосам, приглаживая их. – Значит, так. Без моего ведома не ступишь и шагу! Будешь проговаривать каждое свое действие. И пока у нас не будет точных сведений о противнике, ты не посмеешь вступить в бой без приказа. Как понял, щегол?
– Вас понял, господин генерал, – улыбнулся Рик.
– Смотри мне, – Георг потряс пальцем перед носом сына. – Если будешь дурить, удавлю собственными руками, чтобы не мучился. Хватит уже раздолбайства!
– Да куда уж дальше, – невесело усмехнулся парень.
Этот разговор больше не поднимался, но о нем не забыли ни сын, ни отец. Между делом, когда был свободен от экзаменов, Рик начал собирать информацию. Он встретился с Якобом, но адвокат имел об Адоре общие сведения.
