В боевой группе «Великой Германии» находился командир танкового полка дивизии полковник граф Штрахвиц. Он попросил офицера связи корпуса передать в штаб дивизии, что, по его мнению, сейчас нельзя отдавать инициативу русским и ввязываться в позиционные бои, необходимо решительно наступать. Для того чтобы быстро уничтожить атакующие танки врага и продолжить атаку, своих сил у него не хватит, а связи с бригадой Декера нет. Поэтому он попросил подчинить ему все находящиеся в этом районе войска, в том числе и мотопехотные подразделения. В 11.25 такой приказ был получен, и через полчаса, в 12.00, группа Штрахвица перешла в наступление, а из бригады «пантер» по–прежнему сообщений не поступало.
Далее ситуацию в полосе действий основных сил корпуса Кнобельсдорфа в деталях проследить трудно. Сообщения из всех дивизий поступали противоречивые, а часто просто [546] ошибочные. Все это накладывалось на неустойчивую связь с действовавшими на острие главного удара мд «Великая Германия» и 10-й тбр.
Немцы хотя и долгое время изучали систему нашей обороны, используя при этом различные формы разведки, однако их боевые части имели очень поверхностное представление о ее принципиальной схеме. Тем более не понимали компоновку рубежей изнутри и слабо ориентировались на той местности, где развернулись основные боевые действия. Поэтому частые ошибочные донесения из передовых частей о занятии той или иной высоты, прорыве к тому или иному населенному пункту доставляли много хлопот штабам всех уровней. О существенных сложностях со связью и управлением наглядно свидетельствуют записи и в журнале боевых действий корпуса:
«По докладу «Великой Германии» выс, 210.3 находится в руках ее разведбатальона. Но, возможно, это ошибка, так как в этом донесении речь шла о выс. 210.7. Дивизия получает указание: в любом случае взять разведбатальоном выс. 210.3.
В дальнейшем доклады из танковых клиньев поступают неясные. 11-я тд, кажется, ведет бой в северной части лога Орлов (северо–западнее с. Ново — Черкасское. — В. З.). Разведбатальон действует с юго–востока через лесок южнее балки Орлов»{509}.
Еще толком не разобрались офицеры оперотдела корпуса, какую высоту занял разведбатальон «Великой Германии» — 210.7 или 210.3, как тут же поступил новый доклад, который поверг всех в состояние легкой эйфории. Командование «Великой Германии» доносило: ее танки и соседней 11-й тд вышли к изгибу дороги Белгород — Обоянь, точнее, к выс. 254.5. Это означало, что менее чем за два часа наступления войска корпуса выполнили первую задачу и вышли на левый фланг 2-го тк СС. Столь быстрое продвижение было расценено как большая удача.
По мере возможности эта информация 48-го тк была перепроверена и быстро передана наверх. Генерал Кнобельсдорф связался с Готом и порадовал его хорошей новостью. Командующий армией высоко оценил действия войск Хейерляйна и Микла и распорядился связаться со 2-м тк СС, чтобы сориентировать Хауссера в текущей обстановке и уточнить, когда он будет готов уступить место войскам Кнобельсдорфа.
Но затем в штабе 48-го тк почувствовали неладное. Дивизия Хейерляйна растянулась по фронту недопустимо широко, не со всеми частями ее командование имело связь. В частности, [547] где находится полк «пантер» и как он действует, было неясно. Более того, прямой связи с «Великой Германией» у корпуса не было, информация шла через офицера связи, донесения поступали порой путаные. Но уж очень хотелось верить в столь стремительный рывок. Еще раз перепроверив данные, генерал Меллентин все–таки решил, что это действительно реальный успех. Поэтому уже даже в послеполуденные часы, в ходе совещания Гота с командованием корпуса, больших сомнений в прорыве к обояньскому шоссе не было. Тем более что после совещания появились новые подробности, свидетельствующие о том же. В журнале боевых действий 48-го тк отмечается:
«В 14.30 поступило новое сообщение из «Великой Германии» о том, что по докладу танкового полка достигнута выс. 254.5 на перекрестке у Яковлево, танки также вышли на выс. 230.1 и поворачивают на северо–запад. Если эти донесения соответствуют действительности, то 2-я вражеская позиция прорвана окончательно — путь на север свободен. Доклад, однако, достаточно ясен, сомнений нет. Офицер связи корпуса докладывает в 13.50, что танковый полк дивизии «Великая Германия» на своем пути достиг балки Большая. Танки на левом участке в движении, их местонахождение неизвестно. По этому докладу можно считать, что «пантеры» стоят у высоты 254.5.
В 15.00. Начальник штаба докладывает командующему армией, который находится в штабе 167-й пд, о сообщении из дивизии «Великая Германия». Командующий армией через начальника штаба армии просит танковый корпус СС освободить место для прорыва на северо–восток. 48-й тк прорывается дальше в направлении Псела»{510}.
