Исходя из советских документов, хранящихся в фондах ЦАМО РФ, ситуация на левом фланге 67‑й гв. сд перед полуднем развивалась следующим образом. Как уже отмечалось, основные силы бронетехники дивизий 48‑го тк были брошены на прорыв вдоль дороги Бутово — Дуброво и на север. Сюда же были стянуты и основные противотанковые средства 67‑й гв. сд, приданных ей частей и корпусная артгруппа. Таким образом, главный удар, в том числе и танков 11‑й тд, приняли на себя 196‑й гв. и 199‑й гв. сп. Причем в тех условиях они имели максимум сил и средств, которыми располагала дивизия. Положение, в котором находился 201‑й гв. сп, было не менее сложное. На сохранившейся карте–схеме «Направления движения танковых групп на фронте 67‑й гв. сд 5–6 июля», подготовленной штабом дивизии, указано, что немцы предприняли атаку танками, возможно штурмовыми орудиями 911‑го дивизиона, также и на левый фланг, и центр обороны 201‑го гв. сп в направлении Драгунского. Напомню: еще во второй половине 5 июля третий резервный батальон 201‑го гв. сп по распоряжению Т. Н. Сорокина передан в 199‑й гв. сп. В свою очередь каких–либо средств усиления он не получил. Но это еще не все. В батальонах полка к началу боев положенные взводам 45‑мм ПТО (два орудия на батальон) не были укомплектованы матчастью, из положенных 4 76‑мм орудий полковой батареи поступило лишь три. Какими же силами и средствами комполка должен был держать рубеж обороны и бороться с танками противника? Но такие вопросы для политработников, писавших петиции о трусости полковника, казались несущественными. После прорыва полосы 201‑го гв. сп эта группа бронетехники вышла на дорогу Драгунское — выс. 233.6 — Ольховка и продолжила движение на Ольховку параллельно частям 11‑й тд, наступавшим по дороге Бутово — Дуброво, сминая на своем пути тылы полка. Вместе с тем 167‑я пд ударила и по правому флангу 201‑го гв. сп с севера. Оборона полка была расколота, связь прервалась, управление большинством подразделений потеряно. Кардинально повлиять на ситуацию полковник Т. Н. Сорокин не мог, он не располагал никакими резервами, вместе с тем был получен приказ об отходе. В этой крайне сложной ситуации и принималось решение начать вывод из окружения штаба и личного состава, который находился поблизости.
Как в деталях развивались события, конечно же, сегодня установить, наверное, невозможно. Тем не менее есть косвенные данные, что полковник Т. Н. Сорокин растерялся и раньше, чем это требовала обстановка, бросив сражавшиеся [566] подразделения, первый начал выходить из кольца. Последствия такого немужественного поведения командира отчасти привели к тяжелым последствиям. Хотя после сбора личного состава полк остался боеспособным, но, по неполным данным, в окружении пропали без вести более трехсот человек.
Батальоны 201‑го гв. сп, потерявшие связь, далеко не сразу покинули свои позиции. Большинство бойцов и командиров действовали самоотверженно. Так, когда полностью вышел из строя санитарный взвод 2‑го сб, командир санитарной роты 201‑го гв. сп лейтенант В. А. Киров лично на поле боя оказывал первую медицинскую помощь раненым и сам эвакуировал их на сборный пункт{526}.
Упорно дрались в окружении артиллеристы 67‑й гв. сд. Они до последнего снаряда вели борьбу с бронетехникой врага. Когда же поступил приказ об отходе, гаубичные батареи в тяжелейших условиях господства в воздухе немецкой авиации стойко прикрывали отход пехоты. Сохранились воспоминания командира 138‑го гв. ап полковника М. И. Кирдянова, находившегося в кольце вместе со своим штабом:
«… Целый день продолжались яростные атаки гитлеровских танков на рубежи, прикрываемые огнем дивизионов полка, которыми командовали офицеры В. А. Бондаренко, И. М. Лебеденко и П. А. Ивакин. Нещадно палило июльское солнце. Пот струился по лицам гвардейцев–артиллеристов. Вражеские танки прорывались вглубь и подходили к самым огневым позициям артиллерии. Расчеты пушек и гаубиц, отражая атаки танков, вели огонь прямой наводкой. Самолеты противника на бреющем полете со страшным ревом проносились над боевыми порядками, сбрасывая бомбы, обстреливая наших воинов из пушек и пулеметов.
Враг предпринял отчаянные попытки прорвать нашу оборону на дороге Томаровка — Обоянь. Большая группа танков стала обходить шоссе справа и слева, охватывая полк А. Г. Дегтярева.
