– Арианн, тебе ли не знать, что меня никогда особенно не волновало, унаследую ли я все это. – Он нетерпеливо кивнул в направлении окна, за которым простирались его владения. – И меня очень мало заботит, кому все это достанется после моей смерти. А вот ты… ты меня волнуешь, и о тебе все мои чувства и заботы.
Взгляд Ренара был полон любви и отчаяния. Он пробежался пальцами по ее лопаткам, лаской пытаясь хоть частично снять ее напряжение.
– Бог свидетель, женщина! Моя собственная мать умерла, дав мне жизнь. Ты к этому стремишься? Оставить меня с ребенком, которому никогда не суждено будет увидеть лица своей матери?
– Нет! Я уверена, что все пройдет лучше в следующий раз. В этом… в этом все и дело. – Арианн так долго мучил этот страх, что она не выдержала и дрожащими губами прошептала: – Если только он будет, этот следующий раз.
– Милая моя, – простонал Ренар. Притянув жену в свои объятия, он крепко прижал ее к груди и уткнулся лицом в ее волосы. – Настанет день, и у тебя будет малыш. Но ты должна преисполниться терпения и ждать. Тебе еще не хватило даже времени, чтобы восстановить свое здоровье.
Арианн спрятала лицо у него на груди. Тепло его рук и размеренное биение его сердца приносили некоторое успокоение.
– Прошло уже больше года, Жюстис, как я потеряла нашего малыша, – дрожащим голосом проговорила она.
– Нет, всего только девять месяцев, – мягко уточнил Ренар.
«Только», – безнадежно повторила про себя Арианн. А ей казалось, прошла целая вечность, состоящая из возрождающихся надежд каждый раз, когда в месячном цикле происходили задержки, и сокрушительных разочарований, когда все проходило своим чередом. Ее отчаяние только усугублялось от осознания, что она одинока в своей печали. Каждый раз, когда ее надежды рушились, она подозревала, что Ренар испытывал радостное облегчение.
Но упрекать в этом мужа – значит снова поссориться, а она понимала, что у них и так было слишком много размолвок за последнее время. Арианн собралась, подняла голову и постаралась улыбнуться Ренару.
– Неважно. Я уверена, все будет совсем иначе, когда ты возьмешь на руки сына или дочь. И это может случиться скорее, чем мы думаем. – Арианн украдкой бросила задумчивый взгляд на кровать. – Возможно, нам повезло уже сегодня.
– Может быть, – согласился Ренар, уклончиво улыбаясь в ответ.
Она понимала тревогу Ренара. Но ей хотелось, чтобы он постарался понять беспощадную боль от тоски по ребенку. Он и слушать ничего не хотел об ее отчаянном желании забеременеть, и она начинала чувствовать свое одиночество. Надеяться и разочаровываться, огорчаться и снова мечтать – все это предстоит только ей одной, совершенно одной.
– Когда ты едешь на остров Фэр? – Ренар резко поменял тему.
Арианн вздохнула и начала собирать свою одежду с пола. По правде говоря, она не слишком много думала о предстоящей поездке и встрече совета Дочерей Земли, которую ей предстояло провести.
– Завтра утром, пораньше, я полагаю, – машинально ответила она и осеклась, пораженная сутью поставленного Ренаром вопроса. Она озадаченно посмотрела на мужа.
– Ты не поедешь со мной?
– Нет, не в этот раз. У меня есть срочные дела, которые не ждут.
Ренар поднялся.
– Вот как!
Арианн постаралась скрыть свое разочарование. Она собрала белье, чтобы отнести его в корзину для грязного белья.
– Но я дам тебе людей в сопровождение, – добавил Ренар.
– Остров Фэр не так уж и далеко, – запротестовала она. – Я же поеду по нашим владениям в свой собственный дом. Зачем снаряжать армию на мою охрану?
– Шестерых самых лучших, – уточнил Ренар тоном, не терпящим возражений.
Он подошел к ней, взял за локоть и развернул к себе лицом, убирая за ухо выбившуюся прядь волос.
– Я сделаю все, чтобы защитить тебя, чтобы уберечь тебя. Все. Ты это понимаешь, Арианн, ведь так?
– Отчего же… отчего же… да.
Она запнулась, немного ошеломленная жаром, с которым он говорил, и странным блеском в его зеленых глазах.
– Я рад!
Ренар крепко поцеловал ее в губы и направился к выходу. Секунду спустя он уже резко захлопнул за собой дверь спальни.
Арианн пригладила волосы рукой и унылым взглядом окинула пустую спальню. Ей следовало умыться, одеться и хоть немного подготовиться к предстоящей поездке. Но мысли о бесконечных ссорах с супругом, вызванные внезапным уходом Ренара, не давали ей сосредоточиться. Машинально она подошла к одному из распахнутых настежь окон. С высоты открывался бесподобный вид на окрестности замка. Таинственная прохлада тенистой рощи, пшеничное поле, на котором уже собирали урожай крестьяне. Слева расположился зеленый луг с разбросанными по нему островками цветущих маргариток, среди которых на своих веретенообразных ногах резвился жеребенок от породистой кобылы Ренара.
