Курвеллочка полностью

- Макс, что за хуйня? Сколько эта блядь будет меня идиотом выставлять перед всеми? Может люди правду говорят, что ты её трахнешь? - пыхтя, как разъяренный бык, произнес Верчук.

- Николай Иванович, Вы забываетесь и переходите всякие границы и нормы, - рявкнул в ответ Греков и жёстко схватили техдира одной рукой за лацканы пиджака. - Не доводите меня до греха. Может Ирина Адольфовна Вам отказала, что Вы так беснуетесь?!

Макс никогда не задумывался над тем, что только что озвучил. От мысли, прострелившей мозг, словно пуля, Грекова аж передернуло.

Он как зверь, на самку которого посягнули, внутренне зарычав, в дополнение к хвату руки дернул техдира так, что у того голова мотнулась.

Верчук в полном недоумении посмотрел на Макса.

- Да, на хер мне эта доска два соска. У меня на Егорову быстрее встанет, чем на Фюрера, - зло фыркнул Верчук. - Осади ее, Максим! Иначе мне самому придётся искать на нее управу…

Макс разжал пальцы и выпустил пиджак техдира из ладони. Тот озадаченно поправил одежду.

- Николай Иванович, послушайте меня и запомните, - пропустив мимо последние слова Верчука, твердо произнес Максим. - Первое, субординацию никто не отменял. Для Вас я - не Максим, а Максим Викторович. Второе, не приемлю в речи маты. Особенно в отношении женщин. Третье, моя личная жизнь Вас не касается. Четвертое, все разговоры с Гросси строго в моем присутствии. Это убережет вас обоих от необдуманных действий. Да, и прекратите собирать сплетни. Вы же - мужик! Все больше не задерживаю.

О том, что Ирина - ЗОЯ, змея особой ядовитости, Макс знал даже больше, чем Верчук.

Его отношение к этой женщине было двояким. Как отвергнутый ею мужчина - он обижался, раздражался и крайне сильно злился.

Да, внутри себя Максим бесновался и рычал, но внешне, особенно на работе, никак не демонстрировал тех бурь, которые разрывали его душу.

В рабочих взаимоотношениях Ирину Греков уважал в первую очередь как профессионала. В юридических вопросах Курвеллочка была супер специалистом. Это отметил даже начальник департамента компании дяди, которому не раз пришлось общаться с Адольфовной.

Вернувшись снова к событиям сегодняшнего дня, Макс пропустил голевые моменты хоккейного матча "Ночной лиги".

Лишь только он опять сосредоточился на игре, как его отвлек звук рингтона уведомления. Махнув пальцем по экрану, Макс увидел два сообщения.

Одно - от Ники:"Скучаю! Хочу тебя! Люблю тебя, милый! Жду звонка! Твоя Победа!"

Второе - от Алёны:"Появилась мысль приехать к тебе в гости. Хочу полюбоваться северным сиянием. И слиться с тобой в экстазе. Что скажешь?!"

Первая девушка - его давнишняя подружка. Их отношения строились на принципе "не досаждай". Такой формат в первый день их знакомства предложила сама Ника.

Его все в этом и в их встречах устраивало. Ника, как светская львица и фотограф, всегда чем-то или кем-то была занята, потому никогда не страдала от одиночества. Так до поры до времени думал Макс. Пока не наступило время "Ч".

Неожиданно Веронике в голову прилетела мысль, что Максим её мужчина.

Ещё в конце января между ними произошёл неприятный разговор. Максу он не понравится тем, что Ника открыто заявила на него свои права. Попытавшись корректно объяснить девушке положение дел, мужчина упёрся в глухую стену непонимания.

Разрубить гордиев узел можно было разом несколькими фразами:"Ника, тебе нужно устраивать свою личную жизнь. Я еще к этому не готов!". Но…

В этом вопросе существовала небольшая проблема - отец девушки, который был партнёром дяди. Разговор с родителем Вероники Макс отложил на свой следующий визит в столицу.