Кушанское царство полностью

«[Я] по старости утратил мудрость. [Аты], господин Жэнь, неоднократно занимал высокие посты. Но разве [ты] достигнешь [здесь того, что] смог Бань Чао? Определенно, не сможешь. Хочу изложить [свое] глупое мнение. Чиновники и воины вне укрепленной линии (т. е. вне пределов империи. — Л. Б.) — это не почтительные сыновья и послушные внуки, а сосланные за преступления в приграничные районы [люди]. А у иноземцев сердце птицы, а желания зверя. [Их] трудно накормить, [но] легко разбить. Ныне [ты], господин, по характеру строг и нетерпелив. В чистой же воде нет крупной рыбы. Политикой расследований нельзя [здесь] достичь согласия, а следует, оставив все дела, предаваться удовольствиям, смотреть [на все] легко, быть снисходительным к мелким проступкам, выполняя общую программу. Вот и все». После отъезда Чао [Жэнь] Шан в частной беседе с близкими сказал: «Я считаю, что благородный муж Чао проводил странную политику, ныне называемую ’’умиротворение миром”». [Прошло] несколько лет, как Шан прибыл, и Западный край взбунтовался. За преступление [Шан] был отозван, как и предупреждал [Бань] Чао» (ХХШ, гл. 47, с. 1586).

Это своеобразное кредо Бань Чао согласуется с рассмотренными выше сведениями о его деяниях и помогает лучше понять, как и чего добился он в Западном крае и почему так долго продержался в нем. Используя противоречия между царствами региона, он с помощью даров и подкупа, хитрости и обмана добивался подчинения одних правителей, а с помощью приданных ему воинов из бывших преступников убивал других, непокорных, заменяя своими ставленниками. После этого он, судя по его кредо и доносу Ли И, не вмешивался во внутренние дала царств и, живя в Шулэ, предавался развлечениям. Никаких доходов в пользу Хань он не взимал, что очень устраивало эти царства. Так что фактически Бань Чао добился подчинения правителей царств прикуньлуньского района лично себе, а не Хань. Но империю устраивала даже такая форма покорности их, лишь бы они не кормили сюннов.

Когда же сменивший Бань Чао на посту духу «строгий» Жэнь Шан попытался, видимо, перевести эти, по сути, личные отношения в межгосударственные, царства взбунтовались против него. В хронике правления только что вступившего на трон осенью 106 г. императора Ань-ди (107–125) сказано: «Все царства Западного края взбунтовались и напали на духу Жэнь Шана. Послали фу-сяовэя Лян Цзиня на помощь Шану напасть на них и разгромить» (ХХШ, гл. 5, с. 205).

В биографии Лян Цзиня говорится, что взбунтовавшиеся царства «напали на духу Жэнь Шана в Шулэ» (ХХШ, гл. 47, с. 1591). Это, полагаем, подтверждает наше высказанное ранее предположение о том, что и ставка духу Бань Чао, на смену которого Жэнь Шан прибыл, тоже находилась в Шулэ, а не в г. Тогань в Гуйцы. Жэнь Шан еще до подхода отряда Лян Цзиня смог бежать в Хань. А Лян Цзинь и прибывшие новый духу Дуань Си и ци-дувэй Чжан Бо были окружены войсками царств и отрезаны от Хань.

«Спустя более года, — говорится далее в биографии Лян Цзиня, — двор забеспокоился о них. Гуны и цины, посовещавшись, решили, что Западный край отделен и отдален [от империи], неоднократно бунтовал. Расходы на [отправляемых в него] чиновников и военнопоселенцев не сосчитать. И в 1 г. Юн-чу (107 г. — Л. Б.) упразднили [должность] духу и послали ци-дувэя Ван Хуна с войском из Гуаньчжуна встретить Цзиня, Си и Бо, а также военнопоселенцев из Иулу и Лючжуна. Весной 2 г. (108 г. — Л. Б.) [все они] вернулись в Дуньхуан» (ХХШ, гл. 47, с. 1591–1592).

Эти сведения подтверждаются другими. Согласно хронике правления Ань-ди, должность духу была упразднена в 6-ю луну 1 г. Юн-чу (июль 107 г.) (ХХШ, гл. 5, с. 207). И в биографии Бань Юна, младшего сына Бань Чао, сказано: