Кувейт. Мозаика времен полностью

Кстати, первую доверительную встречу Ф. Холмса с эмиром Ибн Са’удом организовал Амин ал-Рихани, американский путешественник ливанского происхождения (получил гражданство США), личность колоритная и в Аравии широко известная. Именно он помог Ф. Холмсу правильно составить обращение на имя Ибн Са’уда с просьбой о концессии… Дал полезные советы относительно того, как нужно вести себя с эмиром Ибн Са’удом[599]. Более того, сделался деловым партнером Ф. Холмса и соучредителем нефтяной компании Eastern and General Cyndicate Ltd[600].

Стиль ведения Ф. Холмсом концессионных переговоров, рассказывают знавшие его английские дипломаты и нефтяники, заключался в следующем. Во-первых, завоевать благосклонное к себе расположение шейха — щедрыми подарками и откровенными беседами, иллюстрирующими его максимальную настроенность на достижение положительного результата. Во-вторых, сделать шейху некое «заманчивое тестовое предложение», а на следующий день, под предлогом неотложных дел, срочно покинуть земли этого шейха, на месяц или два. И, наконец, так же неожиданно возвратиться, и продолжить переговоры[601].

В августе 1923 г. Ф. Холмс стал первым в Северной Аравии нефтяным концессионером. Однако инвестиций под свой проект не нашел. Как следствие, концессионные права, с таким трудом приобретенные у эмира Ибн Са’уда и дважды, к слову, продливавшиеся, в 1927 г. потерял.

Фрэнка Холмса можно назвать первооткрывателем «нефтяного океана Аравии». Деятельность этого «охотника за черным золотом в новом Эльдорадо», как отзывались о нем американцы, привлекла к Аравийскому полуострову внимание деловых кругов США. И американцы сделали то, что не удалось гениальному Фрэнку Холмсу — сняли замки с нефтяных кладовых Аравии. Но это уже — другая история[602].

Заметим только, что железная хватка англичан, наглядно продемонстрированная сэром Перси Коксом в ‘Укайре, в том числе и при обсуждении с эмиром Ибн Са’удом нефтеконцессионных вопросов, запомнилась, видимо, ему надолго. Представляется, что именно воспоминания об ‘Укайре и подвигли впоследствии эмира Ибн Са’уда к тому, чтобы дела свои в области поиска и добычи нефти плотно выстраивать не с англичанами, а с американцами, дабы избежать «пресса бриттов», всю тяжесть которого он сполна испытал на себе в ‘Укайре.

Фрэнк Холмс — это первооткрыватель аравийской нефти. Арабы его любили. Человеком он был щедрым и отзывчивым. Работая на Бахрейне, подружился с богатым торговым семейством Йатим, занимавшимся оптовыми сделками с жемчугом. Одного из сыновей главы этого семейства, мальчугана смышленого и склонного к наукам, отправил за свой счет учиться в Англию. Ибн Са’уд в знак дружбы с Ф. Холмсом подарил ему чистокровную арабскую лошадь. Умер Ф. Холмс в 1947 г., в Англии, в возрасте 73 лет.

Нефтяные концессионные интересы Англии в шейхствах Прибрежной Аравии сэр Перси Кокс отстаивал жестко. В послании по этому вопросу шейху Мубараку (от 27 октября 1913 г.) выражал надежду, что в случае обнаружения нефти в Кувейте концессию на ее добычу шейх предоставит лицу, названному британским правительством, и никому другому.

Свою заинтересованность в получении нефтяной концессии в Кувейте Англо-Персидская Нефтяная компания высказала еще в 1911 г. Конкретные переговоры по данному вопросу, но уже с шейхом Ахмадом, прошли в 1932 г. Вел их Арчибальд Чишолм, представитель компании в бассейне Персидского залива. Помогал ему в этом деле мистер Уильиамсон, больше известный как Хаджжи ‘Абд Аллах, еще одна легендарная личность в истории нефтяных концессий Аравийского полуострова. Прожил он в Аравии (Адене, Омане и Кувейте), а также в Месопотамии более 40 лет. Хорошо изучил обычаи и нравы аравийцев. Установил доверительные отношения с шейхами многих влиятельных племен. Принял ислам. Совершил паломничество в Мекку. Женился на арабке. В 1924 г. стал сотрудником Англо-Персидской Нефтяной компании. Используя свои связи, помог ей (в середине 1930-х годов) заключить концессионные соглашения на поиск и добычу нефти в ряде шейхств, входящих сегодня в состав Объединенных Арабских Эмиратов[603].

Выделялся этот неординарный человек, как пишет о нем Вайолет Диксон, и своим внешним видом: носил европейский костюм и бедуинский головной платок, прихваченный классическим аравийским игалом (обручем). Знаниями об арабах Аравии он, по ее словам, обладал большими, чем тот же сэр Филби или Бертрам Томас. Но вот амбиций писателя, в отличие от них, не имел. Ни заметок, ни воспоминаний не оставил. И потому знают о нем в мире гораздо меньше, чем о Филби и Бертраме Томасе.