В чем суть модели. Система, например, живой организм, существует в среде. Некий измеритель в системе выявляет (измеряет)
И сразу оговоримся – мы отличаем адаптации от бытового представления функций системы.
Наука о живом довольно часто и много изучала отдельные функции живого и его частей – аргумент и функция, вход и выход, сигнал и рефлекс. Но такие простые функции есть только фрагменты общих и замкнутых процессов адаптации. И мы, каждый раз изучая отдельную функцию системы, просто обязаны понять ее значение и место в соответствующей системе или цикле адаптации. Все функции как-то встроены в адаптации.
Начиная от процессов адаптаций внутри каждой отдельной клетки в составе организма, сам организм как целое приспосабливается и регулируется через множество более общих надстроенных адаптивных процессов. Адаптации более высокого уровня используют интегральные сигналы запущенных адаптационных процессов уровней ниже.
И цель науки связать множественную функциональность в целостность адаптационных процессов. Сами процессы адаптации организма образуют иерархию уровней: молекулярных, субклеточных, клеточных, органных, системных в организме, в том числе гуморальных (посредством переноса в крови), организменных относительно внешней среды. И нас будут интересовать, прежде всего, последние. А выше существуют еще надорганизменные адаптации, то есть взаимодействия между особями, на внутривидовом, популяционном, экосистемном (то есть между видами внутри Царства Живого) и биосферном (то есть внутри всего Живого, включая растения и др.) уровнях.
В эволюции нас интересует момент и причина появления важной для нас специализированной функции живого – психики. Представим себе, что начинаем с чистого листа. Пока мы еще не знаем, что такое психика. Давайте проследим, когда и под действием чего, хотя бы в принципе у животных, появляется мозг и центральная нервная система, в смысле, появляется почти всё, «как у людей».
Развитие живого в эволюции происходит стихийно и в сторону усложнения. В ходе отбора возникает специализация частей живого как функций тканей (групп молекул). И эти группы образуют то, что уже можно именовать жизнью или только поздним продуктом более ранней и целостной жизни. Этот доклеточный и клеточный период наиболее сложен в понимании и подвержен сомнениям, которые обычно отсылают к внешним воздействиям – к «жизни из космоса». Проблема в том, что ссылка одной неясности на другую не является результатом вообще, есть пустое сотрясение воздухе или перевод бумаги и времени. В исследовании Живого предполагается период, когда появляются группы молекул с оболочками, которые позволяют отделить нечто от остальной среды. Позже появляются и уже идентифицированы первые клетки без ядра (прокариоты) как новый фундамент или кирпичики развития живого. Далее появляется само совершенство и стандартный кирпич жизни – клетки с ядром (эукариоты). И все это результаты огромной сложности и длительности.
Но затем процесс развития ускоряется. И он в значительной мере уже представим. Многоклеточные создают целые организмы, образуя Царства Грибов. Растений, Животных и др. А мы обращаемся только к Царству животных – критерием является наша исходная принадлежность к этому Царству.
Но главные аргументы ниже. Отличия двух важнейших царств в особенностях клеток организмов и в способах питания. Растения поглощают углекислый газ, вырабатывая кислород, а животные – наоборот. Большинство растений автотрофно, то есть синтезируют органические вещества из неорганических. И это нечто вроде солнечных батарей. И место им в эволюции по самой функции восприятия Солнца обозначено как статическое – они относительно неподвижны.
А животные, которые потребляют растения в своей пищевой цепи, не только могут, но и должны двигаться. Так стационарное живое – растение – оказалось в эволюции предшественником. Неподвижное стало использоваться как пища для более поздних «живых» (подвижных) организмов. А оба Царства вместе образуют цепную взаимосвязь по потреблению углекислого газа и кислорода как систем прямой и обратной переработки газа и расхода-потребления солнечной энергии.
