Кузнечик полностью

– Тогда та женщина вспомнила, что колдунья говорила, задумала девочку и поцеловала бутон. Он распустился, а внутри оказалась маленькая девочка. Совсем маленькая, с мизинчик ростом, – продолжил Тимофей.

– А так бывает? – удивилась Елька.

Все дружно посмотрели на Красаву.

– Бабуля про такое не рассказывала, – кратко ответила та на интересующий всех вопрос.

– А девочка кто, из навок? – уточнил Родька.

– Навки с мизинец не бывают, – просветила его Красава и покачала головой. – Смотря откуда зерно. Не нашенская, скорей всего.

Макар слушал и тихо охреневал. Дело было даже не в необыкновенной истории про маленькую Дюймовочку, которая неожиданно захватила и его самого. Дело было в том, как эту историю слушали младшие. Перебить рассказчика? Да плёвое дело. Кузнечик обиделся? Да как бы не так. Если мог – объяснял, нет – завязывал обсуждение, которое, как оказалось, не раздражает бесконечными остановками рассказа, а наоборот, делает сказку живее и ещё красивее. Но главное, сразу становилось понятным, кто кому ближе и кто за кого переживает.

Лёнька, который поначалу встрял, чтобы «втереться в доверие», неожиданно увлёкся и чётко и без всяких поблажек обсуждал вопросы чести применительно к каждому, кто появлялся в рассказе. Воин, однако. Откуда такое могло взяться у мальчишки, выросшего в медвежьем углу на самом дальнем болоте, Макар не знал и даже подозревать не мог, что для воспитанного Младшей стражей отрока это настолько важно.

Любава… Надо будет Верку взять в следующий раз, от неё это. Ей интересны все тонкости отношений между людьми. Родька западал на любой необычный или неожиданный поворот рассказа, и не важно, в сказке это говорилось или вот прямо сейчас, в обсуждении. Красаве, ясное дело, интересно необычное колдовство. А ещё способы влияния на людей. Ну а Прошка, добрая душа, чуть ли не квакал вместо своего жаба.

– Поели, можно поспать… – изобразил Кузнечик кваканье жабы. – Поспали, можно поесть.

– Это как у Иулии в лазарете, – мрачно прокомментировал Леонид. – Поел, поспал. А квакнешь, так ещё и в жабу превратит.

– Не хочешь быть здоровой жабой, станешь хромым дятлом, – отрезала Юлька. – Могу поспоспешествовать.

Лёнька поежился.

– А я чё, против, что ли? Жаба так жаба. Тяжело там только. И страшней, чем в жабу. Можно на своих двоих и не выйти.

– Вот и не квакай. Тебе с твоей ногой, считай, повезло. Она у тебя есть. Так чего там с жабом, Тим? – лекарка решительно прекратила разговор.

Макар, став наставником у Корнеевых отроков, отнесся к порученному делу очень серьёзно. Но каждый раз, когда он выходил к своим ученикам, возникало множество вопросов, на которые ответов не было. Почему лесовики кукарекают на молитве? Почему поруб переполнен, а дисциплина всё равно нарушается. Почему наказывают, а они всё равно делают по-своему?

– Как это – жук её прогнал? – возмутилась Елька. – Они ж сговорились уже.

– Сговорились, а после смотрин взял и прогнал, – мрачно ответила ей Юлька. – Сплошь и рядом так бывает. Вот выберешь себе суженого, придёте вы с ним к родне, а она посмотрит и скажет: «Нет!» А вы уже сговорились, если не хуже. Что делать станешь?

– А как может быть хуже? – удивилась Любава.

– Ребятёнка прижили, вот когда хуже, – пробурчал Леонид. – Растить его кто будет? Хорошо, если суженый вместе со своей Дюймовочкой в бега подастся, вон как воевода Корней – подхватил жену, и только их и видели. Не то что этот… жук.

– Ой, а нашим девкам-то, которые постарше, в Туров на смотрины ехать! – схватилась за щёки Елька. – А вдруг там одни жуки?