– Расскажи мне о новом задании. – Делая вид, будто он ничего не заподозрил, Кит возвращается на стул возле окна. На улице наконец выглядывает солнце. – Предоставь мне детали касательно твоего секретаря, которого я должен вынудить совершить самоубийство. Я могу приступить к делу без промедления.
– Ну, тут не так уж много деталей, – говорит Кадзи, открывая свой большой портфель и извлекая из него единственный лист бумаги.
Он вручает его Киту. Это резюме. В него вклеена фотография, и поля заполнены от руки явно женским почерком.
– Мой самый старший секретарь.
– Хочешь убить самого старого соратника?
– Я не собираюсь убивать его. Он совершит самоубийство. Верно? – Кадзи говорит достаточно гладко, но Кит чувствует в его словах вымученность.
Он пристально и внимательно смотрит Кадзи прямо в глаза. Видит мелкую дрожь его зрачков.
Не произнося ни слова, Кит направляется в ванную комнату. Над глянцево поблескивающим светло-розовым сиденьем унитаза к стене прикручен стеллаж со стопками аккуратно сложенных полотенец, рядом висит банный халат. Он снимает банный халат с крючка и вытягивает пояс. Взявшись за него двумя руками, рывком растягивает, проверяя на прочность. Довольно прочный. Определенно, достаточно прочный для того, чтобы сделать петлю, которая передавит чью-нибудь сонную артерию.
С махровым поясом в руке он возвращается в номер. Кадзи прижимает к уху свой мобильный телефон, но, увидев Кита, торопливо отключается.
– Ты кому-то звонил?
– Мне не ответили, – голос Кадзи звучит печально.
– Кого ты нанял? – требовательно спрашивает Кит, делая к нему шаг.
– Что?
– Ты нанял кого-то, чтобы убрать меня. Я не прав? Но он не пришел. Хотя ты привел меня в условленное место.
– О чем ты говоришь?
– Мне жаль тебя.
– Да о чем ты?!
– Ты нанял меня на работу. Я выполнил ее, но ты решил, что не можешь мне доверять, так что нанял кого-то еще, чтобы избавиться от меня. Разве нет? Но даже в том случае, если б все прошло так, как ты задумал, ты начал бы беспокоиться о том, можешь ли доверять человеку, которого нанял, чтобы убить меня. Я ошибаюсь? Тебе просто придется постоянно нанимать следующего убийцу, чтобы убить предыдущего, одного за другим. В конце концов, в этой стране живет более ста миллионов человек. Ты можешь продолжать довольно долго. Но это не самый разумный способ ведения дел.
– Ты что, называешь меня дураком?! – Лишь теперь Кадзи выглядит по-настоящему расстроенным.
«Он действительно думает, что он не дурак…»
– Я могу только сказать тебе, что ты очень беспокойный. Есть гораздо более простой способ все решить.
Кадзи немного выпрямляется – на его висках заметен пульс – и смотрит снизу вверх на Кита. Его зрачки уже расширены, а глаза как будто изменили свой цвет. Его увлекают за собой слова Кита, зачаровывают, заставляя его дышать в том же ритме, в котором дышит Кит.
– Все, что тебе нужно, – это умереть.
– Это глупо.
– Ты, кажется, думаешь, что не глуп. – На этот раз Кит произносит это вслух.
– И что мне даст моя собственная смерть?
– По крайней мере, тебе больше не придется беспокоиться, – как нечто само собой разумеющееся, бесцветным голосом произносит Кит.
Сначала Кадзи напрягает все мышцы, как будто он стоит перед гипнотизером и изо всех сил старается не поддаваться гипнозу. Но вскоре его плечи расслабляются, и лицо становится безмятежным, как будто его приступ лихорадки отступил.
Это слишком просто. В глубине души все люди хотят умереть. «Прямо сейчас. Сейчас его время». Кадзи опускается на диван. Напряжение и страх, кажется, полностью лишили его сил.
– Я задерну занавески, – говорит Кит.
Он наконец добирается до станции «Токио» и петляет в похожем на наводнение людском потоке, направляясь к восточному входу станции. Не для того, чтобы сесть на поезд, – просто чтобы немного срезать путь. Но дорогу ему перегораживают несколько молодых людей со множеством чемоданов на колесиках, тоже спешащих к станции. Он ощущает вспышку ярости. «Почему им нужно идти именно здесь прямо передо мной?!» Его рука едва машинально не выхватывает из кармана нож. Он бросает взгляд на часы в холле станции. Двадцать минут второго. Опоздал на двадцать минут.
Какая-то его часть хочет послать к чертовой матери придурка политика с его идиотским заданием. А потом посмотреть, как будет суетиться и подлизываться Иваниси из-за того, что «Кадзи-сан» рассердился. «Цикада, ты вообще хоть можешь себе представить, что ты наделал?!» Он с удовольствием представляет, как лицо Иваниси меняет цвета, когда кровь отливает и вновь приливает к коже.
Но затем Цикада решает, что, хоть и опоздал, он все равно должен пойти и выполнить работу. Опаздывать – это, конечно, непрофессионально, но он еще не готов выбросить в мусорную корзину всю работу.
Работа вполне конкретная. Клиент, политик по имени Кадзи, должен был встретиться с большим мужиком в лобби отеля в час дня. Сначала клиент сказал, что убийство должно произойти прямо там, но, разумеется, Иваниси его притормозил. В лобби отеля слишком много людей. Так что он предложил отвести цель куда-нибудь в другое место или в номер отеля.
