– Какой вы странный, Судзуки-сан! – засмеялась она в ответ.
Это нисколько не помогло успокоить его нервы.
– Поговорите с вашим мужем. Вот, пожалуйста, объясни ей, – Судзуки вернул телефон Асагао.
Асагао взял телефон и некоторое время послушал, что говорила Сумирэ, вставив в разговор несколько «а-а», «ну да», «вот как» и прочих междометий, после чего мягко сказал: «Он просто немного взволнован», бросив на Судзуки косой взгляд.
– Скажи ей, что они должны скорее бежать оттуда!
Но даже после этих слов отношение Асагао к происходящему нисколько не изменилось. Выглядело все так, будто он ведет обычный, повседневный разговор со своей женой. Спустя еще несколько слов Асагао сказал: «Поговорим позже», – и закончил звонок. Затем повернулся к Судзуки:
– Только представь себе.
– И что это значит? – Судзуки был искренне рассержен. – Сейчас не подходящее время быть таким беззаботным. Ты хотя бы понимаешь, что происходит?
– Ты – единственный, кто из-за этого суетится.
– Говорю же, ваши мальчики в опасности!
– Для этого нужно предположить, что все сказанное тобой – правда. Так?
– Это все правда!
Судзуки больше не было смысла что-либо скрывать, и не было времени, чтобы последовательно рассказать всю историю. Он просто вывалил на Асагао все разом, говоря торопливо и громко. Его чистосердечное признание больше походило на яростные крики.
Машина сбила сына Тэрахары, ему поручили проследить за Асагао, Тэрахара мобилизовал всех сотрудников своей компании, чтобы найти преступника и отомстить, и теперь они, зная адрес Асагао, наверняка уже прямо сейчас отправляют туда своих людей. Он объяснил все так быстро, как мог, от напряжения у него на шее вздулись вены.
– Вот почему я постоянно повторяю тебе, что ты в опасности!
– И ты ждешь от меня, что я во все это поверю? – Как будто слова Судзуки были копьем, брошенным точно в цель, а Асагао аккуратно отступил в сторону, и копье пролетело мимо.
– Пожалуйста, поверь мне, – Судзуки в отчаянии бросил взгляд на малолитражку, отвратительно медленно ползущую перед ними. – Нам нужно торопиться.
Ничего не говоря, Асагао взглянул в боковое зеркало, повернул руль, плавно перестраиваясь в другую полосу, и обогнал малолитражку. Судзуки прижал ладонь ко лбу, мучаясь своей беспомощностью и злясь на себя за неспособность найти решение.
– Скажи мне одну вещь, – начал Асагао.
– Что?
– У тебя есть какие-нибудь доказательства?
Судзуки прекрасно понимал, что это – уязвимое место всех его рассуждений. Он ощутил укол физической боли.
– Тебе нужны доказательства?
– Да. Что-нибудь, что меня убедило бы. Доказательства.
– Нет, у меня нет доказательств, – Судзуки старался не вести себя вызывающе, но говорил жестким тоном. – Ты просто должен мне поверить. Ты видел, как они заталкивали меня в фургон, правильно? Эти люди, выглядевшие как якудза. Вот о ком я говорю. Эти люди связали меня, – продолжил он, показывая Асагао кожаные ремни с застежками.
– Все это может быть лишь представлением с твоим участием. – Тот улыбнулся.
На этом их разговор завершился.
Они продолжают ехать в молчании. Не слышно ничего, кроме звука работающего двигателя и шума других машин, проезжающих мимо. Радио выключено. Шины шуршат по асфальту, но и это не нарушает ощущения полной тишины.
– Мы на месте, – вскоре говорит Асагао.
Седан останавливается. Снаружи довольно темно. Судзуки не может разглядеть никаких знакомых ориентиров, но сетка пересекающихся под прямыми углами улиц напоминает ему то, что он видел в Нэтодзава-парктауне. Асагао начинает загонять машину на парковочное место, поворачивая руль. Глаза Судзуки в ужасе расширяются.
– Нам нужно выбираться отсюда. Оставь машину перед домом, чтобы мы могли быстро уехать.
– Ты продолжаешь настаивать? – Голос Асагао звучит так, будто он смотрит скучный фильм и хотел бы включить быструю перемотку.
– Ты должен мне поверить. Я говорю правду. Люди Тэрахары едут сюда прямо сейчас.
Асагао открывает замки дверей машины и оборачивается, чтобы посмотреть в глаза Судзуки.
– А доказательства? Где доказательства того, что ты говоришь правду? Доказательства того, что я – Толкатель, что мой дом стал целью для людей Тэрахары, что я должен беспокоиться об этом?
Судзуки смотрит в глаза мужчины. Они напоминают ему спокойные глубины озера. Глубокая вода, в которой он тонет. Ему хочется убежать так быстро, как он только сможет.
Но вместо этого Судзуки собирается с духом. Взъерошивает пальцами волосы, делает глубокий вдох. Когда он начинает говорить, его голос звучит уверенно и жестко:
– Доказательства не имеют значения. – Он говорит таким тоном, который не использовал даже тогда, когда отчитывал своих учеников. – Доказательства не имеют ко всему этому никакого отношения. Просто поверь мне. В конце концов, если уж на то пошло, то нет даже никаких доказательств того, что Брайан Джонс был бэк-вокалистом в «Роллинг стоунз».
В салоне машины вновь воцаряется тишина. Судзуки начинает сомневаться в себе, раздумывая о том, что он только что наговорил, пока Асагао вдруг не издает короткий смешок.
– Это интересно.
– Да?
– Это неплохо.
– Да?
– Я тебе поверю.
