«
– Здесь нет телефона, – говорит Асагао и добавляет нечто еще более неожиданное: – Это не мой дом.
Судзуки теряет дар речи. Он просто с открытым от удивления ртом опускается обратно на стул за обеденным столом. Асагао садится напротив него рядом с Сумирэ. Кентаро и Кодзиро занимают стулья по обе стороны от родителей.
«Это что, какая-то злая шутка?» В голове у Судзуки клубится туман глубокого замешательства. Он пытается успокоиться, надеясь, что это рассеет плотное облако, затуманившее его сознание.
Прислушавшись к тому, что происходит снаружи, Асагао говорит:
– Похоже, что опасные люди, о которых ты говорил, не придут.
Только что снаружи донесся звук проезжающей машины, но, судя по всему, она была далеко от дома. Никаких признаков вереницы машин, подъезжающих к воротам сада, и банды головорезов, вламывающихся в дом.
– Похоже на то, – отвечает Судзуки. Он смущен, что устроил такую сцену, но еще больше ему хочется выяснить, что же на самом деле произошло: – Но все-таки…
– Ты уже довольно долго сходишь с ума из-за этого «все-таки», – указывает ему Асагао.
– Большой братец, ты выглядишь таким серьезным, – говорит Кентаро, копируя указательным пальцем движение отца.
– Это смешно! – тонким голосом поддакивает Кодзиро.
– Тогда что все-таки произошло? Разве Кодзиро не сказал им адрес?
– Он дал им другой адрес, – отвечает Асагао.
Мальчик в знак согласия с энтузиазмом кивает.
– Дру… другой адрес?
– Я сказал ему взять твой телефон. Я также сказал ему, что в случае если кто-нибудь позвонит на него и спросит адрес, он должен будет назвать другой.
– Когда? Когда ты сказал ему так поступить?
– Вчера.
– Вчера?! – восклицает в ответ Судзуки. – Но это было даже до того, как я сюда пришел!
Он ведь пришел сюда только сегодня в середине дня…
– Ты был здесь, – Асагао пристально на него смотрит. У Судзуки опять возникает чувство, будто он вглядывается в недвижимую гладь озера. – Вчера ты проследил за мной до этого дома. Разве нет?
– А, ты об этом… – Судзуки не остается ничего, кроме как согласно кивнуть. Он не видит никакого смысла что-либо скрывать. – Все так. Я проследил за тобой досюда. Сына Тэрахары сбила машина, и я…
– …и ты проследил за мной до самого дома. Я думал, что ты мог уже тогда попытаться проникнуть в дом и напасть на меня, но мои предположения не оправдались.
– Что случилось бы, если б я попытался что-то сделать?
– Кто знает, – Асагао отмахивается от этого вопроса, как будто это не имеет никакого значения. – Я предположил, что ты вернешься, так что провел небольшой разговор с Кодзиро.
– Что за разговор?
– Как вести себя, если ты придешь. Что делать в том или ином случае.
– Ты не мог бы объяснить конкретнее?
– Я хотел выяснить, для чего ты пришел. Чтобы убить меня, или же просто собрать информацию для своей компании, или, возможно, ты просто посторонний человек, каким-то образом впутавшийся в эту историю. В конце концов, целью был сын Тэрахары. Никакая бдительность не могла быть излишней.
– И поэтому, когда я сказал, что я учитель, ты решил пригласить меня в дом?
– Конечно. Я тебе поверил.
– Ты хочешь сказать, что сделал вид, будто поверил мне?
– Все равно играть в футбол было весело, – говорит себе под нос Кентаро, как будто придя на помощь Судзуки, чтобы тот не чувствовал себя настолько подавленно.
– Но чего ты хотел этим добиться? – спрашивает Судзуки, окончательно потерявшись в догадках.
– На самом деле, – вмешивается Сумирэ, – мы надеялись, что если узнаем о вас побольше, Судзуки-сан, то сможем ближе подобраться к Тэрахаре.
Судзуки не ожидал услышать от Сумирэ имя Тэрахары. «Наверное, жена наемного убийцы, толкающего людей под колеса машин, должна знать все про подпольный мир».
– Есть организация под названием «Фройляйн», – говорит Асагао почти скучающим голосом. – Также известная как «Рэйдзё» или «Барышня».
– Что… на самом деле здесь происходит? – Судзуки наконец задает мучивший его вопрос. – Как твоя семья со всем этим связана? Сумирэ-сан? Кентаро и Кодзиро?
Асагао слегка приподнимает брови, глядя на Судзуки то ли с состраданием, то ли с сожалением. Он кажется абсолютно искренним, когда отвечает; в его тоне нет ни тени притворства:
– Они не моя семья.
Для Судзуки это уже чересчур. Некоторое время он просто сидит, не в силах ничего сказать. Его губы двигаются, рот открывается и закрывается, но он не может подобрать правильные слова.
– Они наняли меня, – просто говорит Асагао. – Ты когда-нибудь слышал об Актерах?
Судзуки машинально кивает. Он слышал о них от Хиёко.
– Сумирэ – одна из них. Я не знаю подробностей. Мальчики, очевидно, тоже. – Асагао смотрит на Кентаро и Кодзиро – не так, как отец смотрел бы на своих детей, но так, как кто-нибудь мог бы смотреть на коллег или участников своей команды. Или на работодателя.
