Кузнец душ полностью

– В общем, – застенчиво начал Лик, – основная трудность заключается в том, что защитой окружена не каждая комната по отдельности. Она представляет собой одну большую сеть, опутывающую дворец, поэтому я не могу убрать лишь какую-то ее часть. И без доступа к рунам я даже не знаю, как это сделать…

– Вот поэтому я такая умная, – с улыбкой заявила Зоя, извлекая из кармана камень-поисковик, добытый во время боя с саурва. – На использование руны Распутывания не требуется много усилий. С помощью камня мы сможем призвать достаточно магии, чтобы сломать защиту, и для этого нужно будет лишь сосредоточиться на одном участке, который распутает все заклинание.

– Сейчас же этим и займусь, – выпалил Лик и вскочил на ноги. – На поиск слабого места может уйти несколько дней, так что чем раньше я начну, тем лучше.

– Не снимай защиту, пока мы не найдем кузнеца, – предупредила Зоя. – Если они узнают, чем мы тут занимаемся, то могут придумать еще какую-нибудь хитрость. Халад, отправляйся с Ликом.

– Зачем? – спросил Халад.

– Зачем? – вторил ему Лик.

– Кузнецы отлично умеют распутывать сложные заклинания, – весело прощебетала Зоя. – Его помощь тебе очень пригодится. Приступайте.

– Зоя, – возразила Шади. Но аша одарила ее невинным взглядом.

– Значит, в горах Хайца Усижа нет, – задумчиво протянул Кален, после того как из комнаты вышли пунцовый Лик и слегка озадаченный Халад. – Все указывает на то, что сейчас он в Сантяне.

«Первого человека я убил, когда мне было пятнадцать лет, – настойчиво продолжал Фокс. – После этого меня рвало час. Я знаю, что ты испытываешь, но не позволяй этим чувствам завладеть тобой».

«Оставь меня в покое».

«Тия, я всего лишь пытаюсь помочь…»

– Нет, не пытаешься!

Лица присутствующих в испуге обернулись ко мне.

– Тия? – окликнула меня Зоя.

Вспыхнув, я вскочила на ноги.

– Мне нужно подготовиться к приему, – пробормотала я, избегая взгляда Фокса. – Я пойду, – и вылетела из комнаты, пока никто не успел меня остановить.

Путь до комнаты занял целую вечность, и, как только я добралась до кровати, у меня подкосились ноги. Я рухнула на покрывало и прорыдала целых полчаса.

Я никогда в жизни никого не убивала. Наверное, глупо было полагать, будто этого не случится. Но еще хуже – я знала, что все это повторится не раз. И чувствовала к себе отвращение.

Вместе с тем я не испытывала раскаяния. Даже из-за бедного солдата с женой и сыном. В секунды, когда убийца поднял нож, я помнила только злость и страх, что он может убить Калена – а еще необычное чувство удовлетворения.

«Я плохой человек?»

Ответа от брата я не ждала, учитывая то, как сорвалась на него. Но его слова пришли быстро и окутали меня теплым покрывалом.

«Для плохого человека тебя слишком сильно волнует то, насколько ты хороша».

«Я убила человека».

«Как и я. И не один раз. Разве от этого я становлюсь плохим?»

«Конечно, нет».

«Не скажу, что со временем станет легче, Тия. Мы можем держать в руках меч, но лишь определенное обстоятельство наносит смертельный удар. – Он вздохнул. – Я не знаю, как облегчить твои страдания, моя милая. Трудность в том, что легче никогда не станет. Ведь забирать чужую жизнь не может быть легко. И ты хороший человек. Я никогда в этом не сомневался».

«Спасибо».

Я улыбнулась в темноте, с души на миг свалился тяжелый камень. И все равно, глядя на свое стеклянное сердце, я ожидала узреть закрадывающуюся в него Тьму, как то обещала Аена. Но увидела лишь сияние серебра.

Приемы и балы в Кионе всегда превращались в пышные празднества, однако воспоминания о них меркли на фоне даанорийских торжеств. Не могу представить, сколько денег ушло на организацию этого бала, но траты определенно превысили годовой бюджет небольших поместий. Небо повсюду взрывалось разноцветьями фейерверков, и остающийся после них запах пороха странным образом контрастировал с ароматами фимиама, роз и духов, густой пеленой застилающих воздух.