Кузнец душ полностью

– Это все политика, – вздохнул Искатель смерти. – Леди Альтисия – кионская аша, а просить помощи у соседнего, пусть и дружественного тебе, королевства считается проявлением слабости.

– Но не ценой же жизни принца! – не унималась я.

– Я бы не ставил жизнь своего сына выше нужд королевства. – Даже несмотря на всю свою грузность, король Телемайн при желании мог передвигаться бесшумно. Кален тут же вытянулся по стойке смирно. – Его осмотрела леди Микаэла, но даже она в недоумении.

– А мы можем что-нибудь сделать? – взмолилась я.

Он добродушно улыбнулся мне, хотя в его глазах читалась усталость.

– Мне приятно, что у Канса есть друзья, которым можно доверять. Но мы не в силах понять причину его болезни. Врачи не обнаружили ничего странного, кроме одного – его сердце приобрело необычный серый оттенок. И он все время спит.

Меня сковал ужас.

– Серым? И он не просыпается?

– Так они говорят. Лучшие врачи королевства не могут разобраться. Леди Тия?

Я теперь пятилась назад.

– Простите, ваше высочество. Мне надо идти. – С этими словами я развернулась и с гулко колотящимся сердцем рванула по коридору. Сонная болезнь. Где я о ней слышала?

Кален без труда нагнал меня у ворот. Фокс, уловив мои эмоции, уже ждал меня верхом на Вожде. Мой конь-фамильяр нетерпеливо бил копытом по земле.

– Тия, куда ты? – окликнул меня Кален.

– Повидаться с Халадом! – Я вскочила на лошадь, которой также удалось почувствовать мое настроение. Вскоре мы, оставив Искателя смерти позади, уже въезжали в город.

Халад как раз работал над одним из своих творений, когда мы влетели в комнату. Он вздрогнул, но ловко поймал изящный стеклянный кулон прежде, чем тот упал.

– В следующий раз, леди Тия, пожалуйста, стучись, – сурово произнес он. – В этом новом сердце заключено очень редкое воспоминание. Не каждый день встретишь столетнего…

– Халад, принц Канс болен, – выдохнула я. – Говорят, у него сонная болезнь!

Глаза Халада округлились, на лице вдруг отразилась боль.

– Канс болен?

– Уже два дня! Его сердце стало серым прямо у меня на глазах! Разве не таков симптом той самой сонной болезни, которую изучает старый кузнец?

Парень вспыхнул.

– Но это невозможно! Учитель был уверен, что в Одалии подобных случаев не будет.

– А на деле болезнь ведет себя по-другому, – возразил Фокс.

Халад порылся в стопке книг, сваленной в углу комнаты, и вернулся с несколькими рукописями.

– Учитель провел тщательное расследование, – объяснял он, разворачивая пергамент. – На сегодняшний день известно о четырех случаях. Барон Сиран из Истеры, двадцати трех лет. Однажды он лег спать, а наутро не проснулся. – Халад взял следующий свиток. – Эрл из Мансера, Архен-Кошо, тридцати восьми лет. Во время охоты на кабана он внезапно свалился с лошади. Вот еще: принцесса из Дома Вейсюй, Даанорис, шестнадцати лет. Она упала без сознания в самый разгар бала.

Халад быстро развернул последний пергамент.

– Маркиз из Тхана, одного из небольших городов-государств Ядоши. Ему было шестьдесят семь лет, при этом он отличался хорошим здоровьем. Он уснул во время того, как произносил речь. Никто из них так и не проснулся, а их сердца стали мутно-серыми.

– Все разного возраста, благородных кровей. Физически здоровы, – проговорила я, изучая отчеты. – Но между ними нет ничего общего.

– Их объединяет одно, – мрачно произнес Халад. – По словам учителя, они все – потомки Пяти Великих Героев.

– Так это… – Я открыла было рот, но, вспомнив, тут же захлопнула. Тому, кто лишился стеклянного сердца и ищет путь Парящего Клинка: возьмите то, что в давние времена произошло от Пяти Великих Геров, и поместите в серебристое сердце, дабы оно засверкало вновь.

– Митра Защитник, – начал загибать пальцы Фокс. – Аши Стремительная. Анахита Могущественная. Рашну Справедливый. И Сраоша Покорный. Но почему Кузнец душ так в этом уверен?

– Потому что он видит их происхождение в сердцах. – Халад коснулся своего кулона. – Как и я. Сделать это непросто, но возможно. Учитель долгое время подозревал, что кто-то охотится за их потомками, только не знал почему. Лишь одного наследника Великих Героев – Анахиты Могущественной – болезнь не затронула. – Халад вздохнул. – Однако мой отец, король Телемайн, не считается ее прямым потомком. Как Ванор или Ланс, герцог из Хольсрата.

– В отличие от принца Канса! – вспомнила я. – И тебя!

Халад моргнул.

– Учитель не просто так когда-то исследовал сердца Ванора и Телемайна. Они…

– Иного происхождения, – вмешался Фокс. – Помнишь, как Тия случайно воскресила короля Рэндралла? Тот утверждал, что наследник престола не его сын, а командующего одалийской армии. Род Ванора и Телемайна исходит не от него, однако твоя мать – наследница Анахиты.

– Я даже не подумал о маминой родословной, – смущенно пробормотал Халад. – Но ведь такой факт не укрылся бы от внимания учителя.

– А он мог ничего не сказать, чтобы не волновать тебя? – спросила я.