В момент, когда девушка проговаривала эту фразу, началась драка. Кто ударил первым, Елена не углядела, насколько всё быстро произошло. Встав напротив друг друга, будто герои фильмов, не сходя с места, они… активно задвигали плечами.
Так это выглядело для глаз Блохиной. Руки она замечала, только когда те тормозили в какой-то точке. Двое мужчин будто пытались коснуться друг друга пальцами, но получали каждый раз отпор. Смена формата случилась, когда незнакомый мужчина отвёл руку и распрямил ладонь. Та окуталась энергией, двинулась к корпусу Давида, почему-то достаточно медленно, чтобы удалось это разглядеть. За миг до касания ладонь сжалась в кулак и произошёл выплеск силы. Давида отбросило назад, протащило по дорогому паркету, оставляя борозды. Парень остановился буквально в считаных сантиметрах от стеклянной двери. Воображение Блохиной живо нарисовало, как он врезался в стекло, как летят брызги, и как Давид ругается, оплачивая счёт за ремонт после. Но пронесло.
— Ух! — сказал тот. — Неплохо для разминки. Но бьёшь как баба.
— А ты иди сюда, — позвал незнакомец и поманил Давида рукой.
Даура захихикала.
— Мальчишки. Им бы всегда подраться, — сказала она тоном умудрённой жизнью женщины.
— Это Григорий Старов, — сказала Фло. — Давид ходил с ним на дуэль и отрубил кисть. Ещё и деньги заставил выплатить.
Услышав про деньги, Елена нервно хохотнула. С этой реакцией она давно ничего не могла поделать. Давид на счётчик, кажется, ставил вообще всех встречных недругов.
Тем временем Эварницкий перестал дурачиться, отвёл кулак, который тоже засветился энергией. Сойдя с места… Елена снова ничего не поняла, но Старов отлетел куда дальше. Прямо в окно. Которое разбил своим телом и исчез.
— Второй этаж всего, — сказала Даура. — Эх, дальше не увидим.
— Предлагаю заказать вина, — вздохнула Блохина.
— А ещё лучше пойти на процедуры. Давид нескоро вернётся, уверена.
— Процедуры? — заинтересовалась Фло.
— Я слышала, женщины ходят в какое-то спа, — закивала Даура.
Елена закатила глаза, вспомнив, что две её подруги вполне могли не знать, что там за процедуры. Да чего уж. Она и сама была не очень знакома с вопросом. Так почему бы не исправить? Особенно если всё оплачивает парень, который и сорвал вечер, как одержимый побежав махаться с каким-то мужиком.
Когда Григорий пропустил удар и полетел в окно, ему сделалось очень обидно. За то, что придётся оплачивать счёт за это стекло и, учитывая личность владельца отеля, счёт там будет соответствующий. С дополнительным нулём за беспокойство. Когда Григорий свалился ровно в мусорный бак, который почему-то именно в это время в этом месте провозил персонал, обидно сделалось втройне.
Навернувшись, мужчина прокатился по дороге и поспешил вскочить. Последует добивание или нет, любое развитие событий лучше встречать стоя на ногах.
Эварницкий прыгнул следом, и сделал он это изящно.
Но в то же самое время мимо ехал сотрудник отеля, на мини-машинке, которые перевозили гостей по территории. Крыша у таких машиной была тряпичная и… В общем, Эварницкий вошёл в эту машину, как нож в масло. Водитель дал по тормозам, зачем-то резко повернул, баланс нарушился, и машина перевернулась, а Давид влетел в тот же бак, в который врезался до этого Григорий.
— Какого!.. — выругался Эварницкий.
Григорий заржал. На душе сделалось тепло.
— Чего ржёшь⁈ — рявкнул Давид. — У тебя на костюме объедки повисли!
Григорий достал телефон и успел щёлкнуть Эварницкого.
— Тебе конец, — сказал тот убийственно спокойным тоном. — Лучше удали.
— Ни за что. Сейчас ещё и в сеть выложу…
Договорить мужчина не успел. Пришлось уходить от удара и спешно прятать телефон. Схватка вспыхнула с новой силой. Двое мужчин пронеслись по дороге, периодически отлетая в стороны, но сразу же возвращаясь обратно. Так Григорий снёс заснеженную ель. Давид — вывеску-указатель. Дальше они вдвоём врезалась в ограду и покатились по склону, продолжая бить друг друга. Отель находился на возвышенности, в живописном месте, поэтому куда катиться — имелось.
Влетев в особо глубокий сугроб, они вдвоём потратили время, чтобы выбраться на ровную площадку. У Давида кровоточили разбитые губы. У Григория кровью шёл разбитый нос.
— Как же ты бесишь, — искренне сказал Григорий и добавил ядовито: — Друг.
— Телефон отдай, дружище. По-хорошему прошу.
— А я не против по-плохому.
Выбравшись в безлюдное место, Григорий перестал сдерживаться. С кем он дерётся и как всё закончилось в прошлый раз, он прекрасно помнил. Нужно было особо тщательно следить за тем, чтобы Давид не коснулся артефактов. И так после того раза не удалось прикупить новое кольцо пространства, что добавляло отдельных проблем по жизни.
Выставив руку, мужчина сформировал заклинание.
— Ты знаешь, что я студент второго курса? — спросил Эварницкий.
— Да плевать, — ответил Григорий, пользуясь заминкой и укрепляя структуру заклинания.
— Это важная деталь! Потому что экзамен по базовой магии я завалил. А знаешь почему? — выставил он ладонь вверх.
— Потому что дебил?
— Не! — усмехнулся Давид. — У меня мана разом в одно заклинание уходит!
