Страшное это было место – переправа через Волгу. Особенно мне запомнилась одна из них – Черный Яр. Фашистские самолеты висели над ней день и ночь. Кроме бомб они набросали мин прямо в Волгу. А вода в реке покрыта тонкой пленкой нефти, мазута, бензина; небольшая вспышка огня – и вся река запылает.
От непрестанных бомбежек на переправе гибло много скота, поэтому по нашей просьбе военное командование поставило у Черного Яра зенитную батарею. Фашисты присмирели – стали бомбить реже, да и с большей высоты, что снижало эффективность бомбежки.
К сентябрю 1942 г. весь скот был переправлен через Волгу в колхозы и совхозы Приуралья, Казахстана и Западной Сибири. Я собиралась ехать в Сталинград докладывать представителю ЦК ВКП(б) о выполнении задания, но заболела. Видимо, организм не выдержал перегрузок последних месяцев, и я свалилась в горячке. Самолетом меня отправили в Москву,
Очнулась я в палате столичного госпиталя. За ширмой, отделяющей столик медицинской сестры от больничных коек, гудели мужские голоса. Из обрывков фраз я поняла, что какой-то женщине необходимо срочно делать трепанацию черепа. Потом… опять беспамятство. И только позднее я узнала, что трепанацию черепа собирались делать мне, но не сделали.
Спустя месяц я уже могла ходить, а через полтора приступила к работе в отделе кадров Главного управления свиносовхозов Наркомсовхозов СССР.
Впереди были годы изгнания фашистских захватчиков с нашей земли, годы восстановления народного хозяйства, годы, по существу, создания заново сельского хозяйства в освобожденных районах.
Наша работа по спасению миллионов голов скота западных районов страны была необходима для победы над врагом, для послевоенного восстановления нашего сельского хозяйства. [366]
И. В. Парамонов.
ПАРАМОНОВ Иван Васильевич. Родился в 1.893 г. Член КПСС с 1917 г. Герой Социалистического Труда. Управляющий трестами: "Черембасстрест", "Ураласбест". "Востокруда", "Челябуголь", "Карагандашахтстрой", "Мосшахтстрой", "Мосграждануглежилстрой". Персональный пенсионер.
В апреле 1940 г. я был вызван в Москву, в Наркомуголь. Марком В. В. Вахрушев подробно интересовался моей биографией, и особенно работой в угольной промышленности и тем, как проходила моя командировка в 1930 г. в Канаду и в США.
– Назначаю тебя управляющим трестом "Сталиногорскшахтстрой", – сказал нарком. – Завтра получишь приказ и поезжай прямо в Мосбасс принимать дела.
Небывало быстрое и широкое развитие добычи угля и громадное шахтное строительство в Подмосковном угольном бассейне началось после постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 5 апреля 1939 г.
Я сомневался, сумею ли справиться с порученным делом. Трест был в тяжелом финансовом положении. За плечами, правда, был большой опыт работы в ряде других угольных трестов, и я решил испробовать свои силы на новом месте.
С помощью большого коллектива работников треста и стройуправлений удалось успешно закончить в 1940 г. план по строительству шахт, покрыть убытки, ликвидировать сверхнормативные остатки материалов и оборудования и подготовиться к еще большим по масштабу строительным работам в 1941 г.
Война началась неожиданно и ошеломила вероломством врага. В полдень 22 июня 1941 г. мы с тревогой услышали [367] многократное предупреждение по радио: "Слушайте важное правительственное сообщение!"
В стране объявлена мобилизация запасного состава в ряды армии. Все шахтеры и шахтостроители, не имевшие брони, были призваны в армию. Дислоцированная в Мосбассе 172-я стрелковая дивизия была укомплектована по штатам военного времени шахтерами и химиками Сталиногорска, Богородицка и других районов и отправлена на фронт.
Все мы считали, что война будет ожесточенной и потребует больших жертв. Первые неудачи считали временными, верили в разгром и уничтожение германского фашизма. И эта вера не покидала нас в самые тяжелые дни, когда враг дошел до Волги.
Работа треста стала перестраиваться по-военному. Свыше 2500 рабочих, служащих и инженерно-технических работников треста были сразу же призваны в ряды Красной Армии, многие ушли добровольцами на фронт. Ввели круглосуточное дежурство руководителей треста и шахт. Произвели перестановку людей для замены ушедших на фронт.
С каждым днем фронт приближался к Подмосковью. Сильной бомбежке многократно подвергались Тула, Болоховка, Сталиногорск и Узловая. Шахтостроители частично были переключены на строительство оборонных сооружений в Туле, Узловой и бомбоубежищ в Москве.
В сентябре под ударами наступающих гитлеровских полчищ оказался Донбасс. В начале октября нарком В. В. Вахрушев по телефону предложил мне продумать вопрос об использовании оставшихся шахтостроителей и путях резкого увеличения добычи угля в Мосбассе и прибыть немедленно в Москву.
По пути, в Туле, зашел к первому секретарю Тульского обкома партии В. Г. Жаворонкову. Проинформировал его о задании наркома, хотел узнать его мнение.