Далекое будущее. Нашу галактику атакуют слатцеры, существа, обладающие невероятными технологиями. Они уничтожают планету за планетой, но никто не знает, с какой целью они ведут войну. В попытке уйти от атаки экипаж космического корабля «Октавион-17» принимает решение пройти сквозь перекресток миров – точку, многократно усиливающую скорость путем перехода в искривленное пространство. Однако что-то идет не так. Корабль взрывается, а выжившие оказываются в квадриллионе световых лет от известных обитаемых систем. У них есть только один способ, чтобы вернуться, но этот способ страшнее смерти.Это история о верности клятве, о любви и предательстве, о нелинейности времени, принципы которой ставят под вопрос современное представление о развитии Вселенной. Книга написана в жанре близком к научной фантастике, но в ней есть элементы философии и эзотерики, а мрачное будущее напоминает события современности, когда мир казался родным и близким, а потом страны вдруг разбежались в разные стороны.
«Если верить данным бортового компьютера, мы здесь уже семь месяцев и двенадцать дней. Пока никаких перемен. Попытки связаться с Землей или любой другой обитаемой планетой известных систем безрезультатны. Мы продолжаем посылать одно сообщение за другим, используя все имеющиеся каналы. Но надежда угасает. К счастью, пока не было ни одного нападения слатцеров – Хищников, как мы их называем, – хотя присутствие их кораблей неподалеку фиксировали приборы. Они прошли по своей траектории, не отклонившись, чтобы приблизиться к нам. Наблюдают. Однако мы все время находимся в состоянии готовности, тревога не оставляет нас. Выйти на поверхность планеты, – или другого космического тела, ведь размеры его нам неизвестны, – не представляется возможным. Мы не обладаем информацией, приспособлены ли скафандры к здешним условиям, нам ничего неизвестно о гравитации в этом месте и о поджидающих опасностях. Кроме того, в случае атаки, мы окажемся беззащитны. Сейчас нас хотя бы защищает корабль, его стены надежны, они должны выдержать любой удар. Мы так считаем. Или просто хотим в это верить, потому что не знаем, какими видами оружия обладают Хищники: их военный потенциал не уточнен. Как не знаем и цели, с которой они ведут войну. Если для того, чтобы получить планету, нашу или другие, почему до сих пор не сделали ни одной попытки? Что они ищут? Чего хотят? Неясно. Удручает, что состояние капитана Фран не улучшается. Она находится в коме и лишь медицинские приборы поддерживают жизнь. Ее тело в порядке, но разум спит. У нас нет ожиданий, что она очнется, поэтому рассчитывать приходится только на себя. Но силы тают вместе с надеждой. Моральный дух нашей маленькой команды никогда не был в таком плачевном состоянии, как теперь. Понимаю, что должен подбадривать. Но у меня нет для них слов поддержки. Никогда не любил врать. Мне ясно, что мы застряли на другом конце Вселенной и отсюда нет обратной дороги. У нас два пути: прожить всю жизнь втроем, или, если капитан очнется, то вчетвером, здесь, на корабле, покуда хватит запасов. Или же стать добычей Хищников, если они решатся атаковать. Переговоры с врагом бесполезны и не приносят результатов. Они не отвечают на наши сообщения, даже если способны их получать и понимать. Мы не сможем добраться до других обитаемых планет и не сможем вернуться обратно – слишком далеко. Кроме того, носовой отсек, откуда осуществляется управление кораблем, оторвало при посадке. Обнаружить его мы также не можем. Вероятно, он разрушен или находится вне зоны нашего видения. Есть вариант, что активирована визуальная защита, и отсек скрыт от врага, а заодно и от нас, – невидим для человеческого глаза, для глаз слатцеров и для любых приборов. Лететь без кабины управления, ясное дело, не получится.
Наша последняя надежда – что кто-то случайно перехватит этот сигнал, как доходили в безбрежном океане письма потерпевших крушение, отправленные в бутылке, до обитаемой земли и морских судов. Они плыли, гонимые течениями, преодолевали сотни миль и рано или поздно оказывались в нужных руках. Сейчас я направляю это послание, очередное послание в бутылке, в надежде, что кто-то услышит. Хотя, кого я обманываю… в этой части Вселенной не бывает кораблей. И все же, мой долг – пытаться спасти то, что еще осталось от экипажа. Говорит Нив Шерри, временный капитан корабля «Октавион-17». Мы терпим бедствие и нуждаемся в помощи. Наши координаты…»
Пока Нив передавал координаты, дверь каюты бесшумно распахнулась и на пороге появилась Тори. Молодой ученый, одна из помощниц Сигрид Фран. Для нее это четвёртый полет, он должен был стать самым дальним, но Тори даже не предполагала, насколько дальним! Девушке едва исполнилось двадцать шесть, ее светлые, почти белые волосы завивались у виска в симпатичные крупные локоны, и Тори машинально постоянно поправляла их. Она не была красавицей, не обладала специфическими чертами лица, но могла быть названа хорошенькой молодой особой. Или это отсутствие других женщин заставило Нива видеть ее такой? Раньше он и не замечал ее, они мало пересекались на корабле. Пожалуй, самым заметным на ее лице были глаза, красивого, необычного оттенка: они казались серыми, жемчужно-серыми.
На самом деле, ее звали Томирис Ипатова – родители дали имя в честь древней царицы амазонок. Мать и отец называли ее Тома. Но здесь, на корабле, за ней закрепилось имя «Тори». Это придумала Сигрид Фран, капитану так было привычнее.
– Привет, – тихо сказала девушка. – Не помешала?
– Привет, – как можно более бодро откликнулся Нив.
– Отправил очередное сообщение?
