Та несколько замялась. Чего этот квантовит хотел от нее? Однако на нее нахлынуло чувство удивительной безопасности. Она знала, что Фера не причинит ей вреда. Ей хотелось подойти к нему и уткнуться в мощную грудь. Единственное, что ее останавливало – мысль о том, что квантовиты могут ее схватить.
– Я… не уверена…, – пробормотала девушка.
На лице Феры мелькнуло разочарование:
– Что ж, они хорошо выполнили свою работу. Мне жаль, что вы меня не помните. Это гораздо бы все упростило.
– О чем это он? – обернулась на них Мизуки. – Разве вы когда-то встречались с квантовитами? Они до недавнего времени и в реальность-то выйти не могли.
– Нет времени объяснять, – поспешно вставил Фера. – Весь город в ужасной опасности. Вы должны немедленно отправиться на электростанцию.
– Зачем это? – удивилась Агнета.
– Поверьте мне, я вижу, что происходит в городе, – продолжал квантовит. – Вы должны отправиться туда и предотвратить отключение поля.
– А что, кто-то собирается его отключить? – вскинула брови Мизуки.
– Да, скорее всего, собирается. Уверенным я в этом быть не могу, но я знаю, что за человек может это сделать, и в каких обстоятельствах он находится. Если он это сделает, квантовиты смогут войти в город, и тогда…, – он замолчал.
– Что тогда? – не выдержала Элин.
– Человечеству придет конец.
Повисла гробовая тишина, нарушаемая только свистом ледяного ветра. Мизуки заговорила первой:
– И что это значит? Почему мы вообще должны тебе верить?
– Я тебе уже говорил. Я – мятежник. Я – веге…
– Вегетарианец, да-да, я помню, – саркастически протянула Мизуки. – Только все это полный бред. Квантовит не может быть вегетарианцем. А даже если и так, то твои друзья-людоеды ни за что не позволили бы тебе стоять тут и рассказывать нам о том, как спасти город. Это все их план, и я тебе ни капельки не верю.
– Мои друзья-людоеды, как ты выразилась, сейчас слишком заняты в квантовой реальности, – все так же равнодушно сообщил Фера. – К тому же они знают то же, что и я, а потому считают, что ваш конец неминуем. Но у вас еще есть шанс. Пока поле действует, они не смогут вам помешать…
– Откуда нам знать, что ты говоришь правду?! – вскричала Мизуки. – Ты появляешься, утверждаешь, что хочешь нам помочь, а потом исчезаешь, и где доказательства, что ты на нашей стороне?
– Мизуки, – неожиданно подала голос Агнета. – Я ему верю. Не знаю, почему, но мне кажется, что ему можно доверять.
– И мне тоже, – добавила Элин.
– Да что с вами такое? – возмутилась Мизуки. – Почему вы на него смотрите так, как будто он наш спаситель?
– Потому что мы раньше были знакомы, – пояснил Фера. – И потому, что они – квантовиты.
Получив управление главным компьютером института, Алистер вызвал всех ученых, которые не были задействованы в поиске лекарства, в зал для собраний, после чего запер их там. Конечно, все были недовольны, но ему ничего другого не оставалось. Новак вернулся в четыреста шестой кабинет, там же осталась Инна. Алистер заблокировал выход и там. Потом он отправился на поиски еды. Просыпаясь утром, мужчина не рассчитывал на вынужденное пленение, а потому еду с собой не брал. Обычно они с Инной в обеденный перерыв ходили в кафе неподалеку от здания, хоть меню там в последнее время исчислялось поджаренными плитками синтетической еды и салатами из еще оставшихся овощей. У Алистера осталась возможность покинуть институт, так что он мог бы выйти и взять что-нибудь с собой, но ему не хотелось надолго отлучаться. Должна же и здесь быть какая-то еда.
Некоторые ученые брали обед с собой из дома, но те, кто это сделал, не желали ни с кем делиться. Запертые в зале стали такими раздраженными, что вскоре Алистер перестал даже пытаться с ними заговорить. В конце концов, он вспомнил о небольшом холодильнике, стоявшем в углу склада на первом этаже, про который уже все забыли. Спустившись туда, он обнаружил несколько ломтей зачерствелого хлеба и немного плиток синтетики. Сложив их в переносной контейнер, он решил вернуться в ту лабораторию, где пытались найти лекарство.
Алистеру казалось, что он отсутствовал не так уж долго – максимум час. Но за этот час все кардинально изменилось. Если до полудня все пытались держаться и хоть как-то работать, то сейчас, казалось, они позабыли о своих обязанностях. Собравшиеся в комнате люди кричали – либо от боли, либо на невидимок, существующих только в суперпозиции. Алистер растерянно замер на пороге, не зная, что предпринять. Ему показалось, что он очутился в сумасшедшем доме.
