С тех пор, как в космосе обнаружили скоростные каналы, где любое тело двигалось стремительнее, чем по основной материи, стали возможны путешествия на любые расстояния. Человечество активно колонизировало далёкие планеты.И когда в правительстве поняли, что большой спорт стал привелегией избранных, началась программа "Спортивная нация".Кир Снегирев отправился навстречу мечте на космическую Олимпиаду!Сможет ли независимый спортсмен с Земли одолеть опытных соперников? И какое решение изменит всю его жизнь?
***
«Кир Снегирев – ворота №3» – высветилась зеленая надпись в середине экрана.
– Неужели, – притворно вздохнул вслух.
Не то чтобы я так уж долго ждал очереди на вылет из грузового отсека, но никогда не находил прелести в одиноком молчании.
Миновали третьи сутки, как я отправился навстречу мечте. Грузный неповоротливый межпланетный транспортник быстро приближался к окраине родной галактики. Главное событие года – космическая Олимпиада – обещало не только масштабное зрелище, но и грандиозные возможности! Тем более повезло, что местом проведения выбрали не дальнюю колонию, а ближайшую к столице спортивную станцию.
Четыре года назад я не мог покинуть Землю без разрешения матери. До двадцати одного оставалось всего три месяца, но любые путешествия по вселенной для несовершеннолетних сопровождались рядом сложностей. И если пропускной пункт на самой планете я успешно взломал с подачки лучшего друга Тони, то обойти проверку на орбитальном посту не удалось – развернули. А так хотелось попасть на состязания еще в прошлый раз! И плевать даже, что я оплатил невозвратный билет в один конец не только за себя, но и за перевозку машины! Обиднее всего оказалось потерять время, которое я планировал учиться в Межгалактической Академии. Но зато удалось накопить чуть больше денег.
– Тони, дружище, зря ты остался на Земле!
Маленький летун накренил закрылки, приготовившись к точному маневрированию в замкнутом пространстве. В приглушенном свете ангара нужный выход мерцал яркими лампочками. С соседних уровней отправлялись другие аппараты. Мои возможные соперники или личный транспорт зрителей?
Но я не представлял, для чего волочить с собой в другую систему летун, если не участвовать в сложной игре! Натренированный взгляд непроизвольно оценивал каждый из них. Заводские настройки, видимые модификации, размер рассеивателя и предполагаемая дальность прицела. Я заметил лишь несколько спортивных машин, изначально оснащенных всем необходимым. Но другие, точно как и мой верный товарищ Светлячок, прятали под обшивкой некоторые секреты.
Открытый космос встретил умиротворяющей тишиной и колкими лучами далеких звезд. Всегда любил это единение с мирозданием. Не пение птиц или несуразные охапки лепестков, что мать бесконечно тащила в дом от благодарных пациентов. А истинное соседство с первобытной материей. И пусть теперь повсеместно громоздились необъятные станции, они не нарушали ткань вселенной, гармонично вписываясь в сложный астрономический пейзаж.
К такой конструкции на далекой орбите белого гиганта класса F7V причалил и мой Светлячок. В этот раз удалось оплатить не только перелет и стояночное место, но и мое комфортное проживание.
Комфорт оказался относительным. Маленькая комнатушка ограничивалась узкой герметичной дверцей. Сразу же через шаг от нее начиналась кровать во всю ширину. Общий душ в конце коридора подсказывал, что очереди будут и здесь. Но чистота и разумная эргономичность компенсировали любые неудобства. Спать в летуне и справлять нужду в пластиковый пакет – вот что было бы в прошлый раз и, чего я не допустил теперь. Может и не в великой роскоши, но я прибыл за другим.
***
С тех пор, как практически два века назад запретили всякое дистанционное и виртуальное обучение, цены на живое присутствие выросли в космических масштабах. Я не питал ложных иллюзий – стать пилотом галактического крейсера нашей семье не по карману.
Я всегда занимался в школе рядом с домом. И уже с двенадцати мотался по пятьсот километров туда и обратно самостоятельно. Управлять летуном учили на физкультуре по среднеобразовательной программе. И после нехитрого экзамена выдавали права межпланетного образца.
Простые гонки на скорость в школе были под запретом, хоть мы и сдавали некоторые нормативы по маневрированию. Но олимпийские дисциплины проходили лишь в теории. Требовалась специальная скоростная трасса, одобренная спорткомитетом. Да-да, за пределами атмосферы.
Что оставалось прерогативой спортивных секций, после которых появлялась возможность попасть в спецшколу на орбите. В старших классах туда сгоняли разрядников для получения аттестата без отрыва от тренировок.
Я горел скоростью! И намеренно налегал на математику и астрофизику! Но кружки по интересам посещал на поверхности. Мать отказывалась платить за «бесполезные развлечения». Прекрасная физическая форма вкупе с подкачкой извилин виделись ей наилучшим вариантом. Но для этого хватало родной планеты. И я выступал в команде по плаванию, а между общением с буями мчался на курсы программирования с уклоном в кибернетику.
***
– Снегирев! – окликнул дерзкий женский голос.
Я непроизвольно обернулся. Правила требовали носить олимпийки с фамилией и флагом колонии. На меня в упор уставилась кудрявая девица с Легуина.
– Видела тебя в списках независимых спортсменов, – она неоднозначно сощурила янтарные глаза. – Отборочный этап будет коротким. Всегда так.
– Это угроза, Крылова? – наконец, разобрал надпись.
