– Замечательно! Ведь это устраняет все наши трудности. Газетный киоск лучше любого магазина. Кто может мне запретить покупать хоть по две «Тевии» в день?.. Нет, покупать две – это было бы, конечно, подозрительно, – пошутил он. – Этого не стал бы делать даже самый ярый националист. Тогда уж лучше одну «Тевию» и одну «Deutsche Zeitung im Ostland»… Шуцманы будут в восторге от столь горячих приверженцев «нового порядка», а мы тем временем распространим свои листовки!
– Таким веселым я тебя давно уже не видел, – обрадовался Буртниек. – А теперь давай подумаем, кого посадить в киоск?
– Да, верно, кого же туда посадить?
Даугавиет задумался, перебирая в уме фамилии многих подпольщиков, – все они и без того уже были перегружены заданиями. Но брешь, которую пробил в их рядах арест Земите, надо заполнить.
Погрузившись в размышления, Янис остановился у окна. Внизу, убирая остатки первого снега, энергично орудовал метлой Донат. Даугавиет знал – на этого старика можно смело положиться: в случае опасности он немедленно предупредит товарищей. «Побольше бы таких людей», – подумал Янис. Правда, врагов фашизма в Риге сколько угодно. Янис не сомневался, что среди людей, проходивших сейчас по улице, многие жили надеждой на освобождение. Но пойти на подпольную работу, которая ежеминутно грозит смертью, – на это не каждый способен. Надежных помощников было сравнительно мало, а работа развертывалась все шире и шире. Поэтому Даугавиет так радовался появлению каждого нового члена в дружной семье подпольщиков.
– Да, для выполнения этого задания пригоден не каждый, – снова заговорил Янис.
– Быть может, направим Куренберга? – предложил Буртниек.
– Что ты? Подумай сам! Здоровый мужчина, в нем на расстоянии можно узнать рабочего!.. И вдруг такой станет торговать газетами в киоске! Сразу покажется подозрительным! Так легко этот вопрос решить не удастся… Прежде всего подумаем, что делать с нашей Скайдрите. Именно поэтому я и пришел к тебе.
Выслушав рассказ Даугавиета, Висвальд свистнул.
– Вот так сюрприз для Доната и Элизы! Они ведь считают ее совсем ребенком.
– И мы с тобой не намного лучше. Проглядели, что под носом у нас вырастает смена.
– О tempora, о mores![16] – воскликнул Буртниек. – В иные времена Скайдрите собиралась бы на первый университетский бал. А теперь… Что будет она делать теперь? Может быть, сидеть в киоске и распространять листовки?..
– Ты что, всерьез? – спросил Даугавиет.
– А почему бы и нет?.. Скайдрите смелая, находчивая девушка. Она словно создана для этой работы. Ты ведь сам говорил, что после встречи с Эриком она стала вполне сознательным человеком. И к тому же девушка из семьи старых подпольщиков. Это тоже немаловажное обстоятельство…
– А если наша девочка провалится? – все еще колебался Янис. – Мы должны считаться со всеми возможностями. Нет, нет!.. – поспешил он опередить возражения Буртниека. – Я не сомневаюсь в том, что Скайдрите будет молчать. Но гестапо может заподозрить Элизу и Доната, и тогда весь наш дом будет в опасности…
– А что, если девушке куда-нибудь переехать?
– Тогда пожалуй, – согласился Даугавиет. – Лучше, если она будет находиться подальше от «квартиры без номера». О нас ей пока незачем знать.
– Кто же, в таком случае, передаст ей это поручение?
Даугавиет задумался.
– Куренберг! Без его посредничества мы так или иначе не обойдемся.
– Но доверится ли Скайдрите чужому человеку?
– Правильно. Об этом я даже не подумал… Тогда у нас остается только один выход… Эрик многое ей объяснил, и, сославшись на него…
– Ясно! – прервал его Буртниек. – Завтра же я встречусь с Куренбергом и обо всем договорюсь.
Последние дни Скайдрите думала только об одном: как пробраться к партизанам. Получить оружие, чтобы воевать с фашистами, – вот теперь единственная ее цель!
И Скайдрите наметила план. Во-первых, она уедет в Резекне. Вблизи этого города, как известно, действуют бесстрашные «лесные братья».[17] Затем, как бы в поисках работы, она обойдет все окрестные села, постарается выведать у крестьян о местопребывании партизан. Самым трудным казался последний шаг – отправиться одной в лесную чащу, идти до тех пор, пока не доберется до цели.
Но чтобы попасть в Резекне, необходимо разрешение на проезд. И Скайдрите вышла из дому, дав себе слово без этого разрешения не возвращаться.
– Минуточку, девушка! – услышала она за спиной чей-то голос.
Не оборачиваясь, Скайдрите бросила через плечо:
– Я не знакомлюсь на улице! – и ускорила шаги.
Однако мужчина догнал Скайдрите и зашагал с нею рядом. Девушка, повернув голову, увидела просто одетого человека лет пятидесяти.
– Вы – Скайдрите Свемпе, не правда ли?
– Да. Ну и что же?
– Я должен передать вам привет от Эрика, – тихо сказал он.
Скайдрите остановилась. У нее перехватило дыхание.
– Эрик… Где он? – едва прошептала она.
Куренберг взял девушку под руку и заставил продолжать путь.
– Этого я не знаю. Товарищ, с которым я встретился, просил только передать вам привет.