– Да, – сказала Дина и замолчала, ожидая, что Илона сама предложит помощь по-дружески и чисто по-человечески, но та молчала в ответ. Тогда Дина сама спросила: – Ты можешь купить мне лекарство и привезти?
– Сегодня? – уточнила Илона.
– Желательно.
– Нет, сегодня не могу. После работы домой лечу, внучку на меня оставляют.
– А завтра?
– Завтра тоже не получится, на стрижку записана.
Дина не имела права осуждать подругу за то, что у той были свои планы. Не имела права, но осудила. Вслух ничего не сказала, но видимо громко подумала.
– Ты обиделась? – заподозрила Илона.
– Нет, что ты, – возразила Дина. – Все нормально. Пока.
Отключилась, не дожидаясь ответного прощания. Отложила телефон на край кровати и уткнулась носом в подушку. Рыдания вновь сотрясли ее. А когда очередной приступ истерики утих, градусник высветил 39,4. Появилось основание звонить в скорую помощь.
Вернувшись из больницы домой, Дина застала на пороге квартиры Антона. Не успела провернуть ключ в замке, как дверь перед ней распахнулась. Судя по тому, что Антон стоял в куртке и ботинках, то уже собирался уходить.
– Привет! Ты как? – участливо спросил он, отступая и давая ей возможность пройти внутрь. – Выписали? Почему не сказала? Я бы приехал за тобой, привез на машине.
Он торопливо взял из рук Дины два объемных пакета с больничной одеждой и прочими причиндалами, которые скрашивали ей две недели пребывания в инфекционном отделении. Что-то она из дома захватила сама, когда скорая ее увозила. Что-то позже подкинул по ее просьбе Антон. Ей пришлось обратиться к нему, потому что на подруг надежды не осталось. Не осталось самих подруг. Дина вычеркнула их из своей жизни, осознав, что мировоззрение Илоны и Вали давно уже ее коробило, что поддерживала она отношения с ними исключительно по привычке.
Антон приезжал в больницу три раза. Интересовался самочувствием и оскорблялся, когда она ему отвечала, чтобы ни он, ни его пассия не рассчитывали на ее преждевременную смерть.
– Живее всех живых, – рапортовала она, превозмогая боль в груди и горле.
– Лекарства надо купить какие-нибудь? – спрашивал Антон.
– Хочешь подкинуть мне яду?
Антон поджимал губы, желваки на его лице играли, но он сохранял вежливость.
– Светка могла бы чего-нибудь приготовить для тебя, – предлагал он. – В больнице кормежка отвратительная, наверно?
– Съедобная, – огрызалась Дина. – От любовницы твоей мне ничего не надо. И сам уже вали к ней. Видеть тебя не могу.
Предполагалось, что Антон живет у своей любовницы, к которой ушел на следующий день, как все прояснилось. Конечно, в квартире оставалось немало его вещей, и он вполне мог за ними приезжать, но Дина надеялась, что эти визиты будут с ней согласовываться. Ей казалось, что именно так они договорились.
– Ты зачем здесь? – поинтересовалась она, будто бы равнодушно, но на самом деле с трудом скрывая волнение.
С одной стороны, ее охватила надежда на восстановление любви и мира, а вдруг он решил к ней вернуться. С другой – она понимала, что жить, как прежде, все равно не получится. Доверие было утеряно навсегда. Печально, хотя любовь ее еще не остыла. Раздирающее душу противоречие. Впору было возвращаться в больницу, теперь на отделение психиатрическое.
– Я тут кое-что привез, – как-то неловко и несмело произнес Антон.
– Что именно?
Дина подозрительно прищурила взгляд. Он не мог знать о ее выписке и готовиться к ее возвращению. А вдруг надеялся и готовился? Может, цветы ее ждут на кухне? Сердце екнуло, в горле встал ком.
– Кое-что Светино, – будто нехотя выдавил из себя Антон.
Дина замерла в недоумении.
– Что?! – поперхнулась она.
Антон еще немного помялся и выдал:
– Переезжает она сюда, ко мне.
– А я куда?! – оторопела Дина.
– У нас же три комнаты, – повел плечами Антон. – Места всем хватит.
– Нет-нет-нет, – активно запротестовала Дина. – Это мой дом. С какой стати я должна его делить с твоей любовницей?
– Это еще и мой дом, не забывай, – сердито буркнул Антон.
– Твой и мой, – согласилась Дина. – Но ни чей больше.
– А что нам делать?! – вдруг взорвался Антон. – Светка раньше снимала квартиру в Химках. Это было не так дорого, как в центре, но штуку баксов я за нее выкладывал. Теперь мы решили, что надо экономить, на ребенка деньги скоро понадобятся. Знаешь, какие расходы с детьми нынче?
– Не знаю. И знать не хочу.
– Ты только не начинай истерить по новой, – недовольно скривился Антон. – Мы ведь уже обо всем договорились.
– Мы не договаривались, что будем жить в одной квартире, – возразила Дина. – Может, ты еще предложишь жить втроем? Типа, шведская семья?
– Ну… – раздумчиво промычал Антон. – Я бы не отказался.
– Зато я отказываюсь!
– Не хочешь втроем, не будем. Будем по отдельности. Нам комната с балконом, чтобы пеленки было где сушить. Тебе кабинет. Зал общий. Он у нас и так проходной.
– Ты сам спланировал это? Или стерва твоя тебя надоумила? – с ненавистью прошипела Дина.
– Не смей ее так называть! – взбеленился Антон. – Она будущая мать моего ребенка!
– Ты уверен? – едко подколола Дина.
