Ей стало грустно, что она не может ни с кем из своего окружения поделиться своими мыслями и чувствами, и решила лучше уединиться в лесу. И еще она надеялась встретить там Кая. Но сказать о нем она также боялась, так как ее сразу бы сочли за сумасшедшую. Веры были и оставались врагами антов, хотя ничего им плохого не сделали, не нападали и ничего не забирали, и ей казалось странным, что президент так плохо о них отзывается. Отец снова включил динамик на всю громкость, и слова президента сопровождали Алису, пока она выходила из своего дома. Они жили в построенном их предками доме в поселении. Вообще, единственным материком, более или менее сохранившим свои ресурсы, оказалась Евразия. Здесь меньше всего было вулканов и пожаров, унесших флору и фауну. Алиса жила рядом с лесопарком, искусственно высаженными деревьями и кустами, которые могли здесь расти благодаря не совсем ядовитой почве.
– Наши предки всегда чтили законы семьи, и это в нашей крови, – доносилось до слуха Алисы из дома.
«Ну какая же чушь, – думала она. – Наши предки! Это было триста лет назад. И это совсем необязательно – жить, как предки. Мы так живем, потому что не знаем и не умеем по-другому. Такая модель выживания сработала, и человек выжил, но эта позиция и мотивация изначально провальные, потому что цель – выжить, а не жить. Хотя на самом деле это просто страх. Опасность существует, конечно, но не до такой степени. Основной страх – перед будущим и неопределенностью».
Новый выросший лес отличался от предыдущих высаженных лесов и уж тем более от лесов до апокалипсиса, о которых рассказывали родители, а им в свою очередь рассказывали их родители. И даже фотографии сохранились. Конечно, сложно было устраивать снова то, что было, и процесс индустриализации протекал медленно. Тем не менее, знания остались и память тоже. Единственное, было мало умов, чтобы восстановить утраченное. Деревья были все карликовые, приземистые, с листвой очень темного цвета, ближе к темно-серому, темно-зеленому. Оттого окружающая местность была вся в темных и мрачных оттенках. Но, естественно, к этому адаптировались и привыкли, и даже находили прекрасное в мрачном. Да и небо было темно-серого цвета и других цветов не было вообще. А когда кто-то рассказывал о зеленой листве, цветах ярких оттенков и о голубом небе, воспринимала это как сказку. Лишь повзрослев и осознав, какое потрясение пережила Земля, она поверила в существовавший ранее рай на Земле. Анты глупо и упорно продолжают чтить традиции и снова наступают на те же грабли. Однозначно, веры на правильном пути. Так думала Алиса, идя по лесу. Стояла мертвая тишина, даже ветра не было, который шелестел бы листвой. Анты питались искусственными биодобавками, – собственно, как и веры, – и уже давно, и вроде как все привыкли к такому рациону. Изменился у антов и цвет кожи. Он приобрел серовато-синий оттенок. Как рождались дети с таким цветом кожи, так и оставались. И срок жизни сократился. Это было очень печально, но ничего не оставалось, как смириться и попробовать выжить в таких условиях. Выжили же чудом во время Йеллоустоунского апокалипсиса, а ведь никто не ожидал, что выживут. Веры долгое время считали, что лишь они спаслись, а все живущее на Земле погибло, но ошиблись, как выяснилось позже. Вдруг до ее слуха донесся разговор.
– Я так сильно люблю тебя, – услышала она женский голос, – что боюсь потерять.
И слезы и всхлипывания последовали за этой фразой.
– Прекрати, не бойся. Я тоже тебя люблю, и ты меня не потеряешь, – прозвучал в ответ баритон.
– Почему же мне так страшно?
Алиса присела на корточки и замерла, боясь быть замеченной. Ей ужасно захотелось подслушать разговор, было любопытно, чем он закончится. Раздались всхлипывания, а потом что-то зашуршало, и через время раздались вздохи совокупления. Тогда Алиса прислонилась к дереву, потому что ноги затекли от сидения на корточках, и еще больше затаилась, чтобы переждать, когда парочка сама покинет место встречи. Погода стояла теплая, дул легкий ветерок и что-то нашептывал Алисе на ухо, как будто разговаривал с ней. Вскоре она оказалась вся во власти ветра и погрузилась в сладкий сон.
– Ты правда меня любишь? – раздался женский голос, и Алиса очнулась ото сна.
– Конечно, милая, – прозвучал мужской голос.
Парочка в обнимку прошла мимо Алисы, они ее даже не заметили. Девушка загрустила о том, что у нее нет такой страстной любви и привязанности. Она видела отношения своих родственников, которые часто спорили и ругались, обвиняли друг друга и говорили обидные вещи. Наверное, когда-то, в самом начале, и у них было страстное влечение и желание быть всегда вместе. Но это же чистая химия, и Алисе было странно, что ее соплеменники не замечали этого, поддавались иллюзорным надеждам. И ведь все знали результат этих иллюзий и надежд, но все равно проваливались. Может, это была привычка жить в подземелье и максимально приземленно? Однако это плохая и даже опасная привычка, которая ограничивала срок жизни антов и вызывала глубокие страдания.
