– Это намного больше, чем физическое влечение, которое временное. Страсть проходит, и влечение проходит. Для нас, веров, влечение вообще не имеет значения, и мы не обращаем на него внимания. Да его и нет у нас. Это же пережиток бессознательного влечения к одному из родителей. Абсолютно ненужная вещь и, как показывает жизнь, неэффективная. От этого только боль и страдание. Зачем так мучить себя?
– А как же быть с собой, если возникает сильное желание? – с недоверием спросила Алиса.
– Можно трансформировать его в творчество. Ведь сексуальная энергия очень мощная и более эффективна в созидании и самовыражении через созидание, через творчество. Эта сексуальная энергия была дана человеку для размножения. Это тоже творческий акт производства потомства. Но, как выяснили наши ученые, использование женского тела для вынашивания плода невыгодно. Это различные родовые травмы и больные дети.
– Ой, да, у нас дети почти все больные, да и продолжительность жизни короткая. Вон, в соседней семье два ребенка, у одного эпилепсия, у другого аутизм. Я поэтому и не рожаю, боюсь. Зачем плодить больное поколение?
– Алиса, мне кажется, тебе пора возвращаться. Дальше я дойду сам, – Кай остановился и повернулся к Алисе, лицом к лицу.
– А ты куда? – опомнилась женщина. Она шла, разговаривала и не заметила, как прошли весь лесопарк и оказались на окраине.
– Я к своему космическому судну. Можем увидеться завтра.
– Хорошо, – закивала Алиса и повернула в обратном направлении.
Кай вернулся на свое судно, чтобы отправить отчет, запрос и пообщаться с верами. Да и отдохнуть не мешало бы. Сняв герметик, защитную оболочку с судна, Кай распаролил затворы, затем открыл шлюз. И оказался в привычной, уютной и безопасной обстановке. Выдохнул с облегчением. Хотя, что, собственно, он и не напрягался. Но все же в родном пространстве стало полегче. Здесь, на судне, в имитационной комнате, где были смоделированы условия жизни на когоре, он спокойно мог окунуться в кватро и посмотреть протяженность без дополнительных усилий, которые ему приходилось прилагать на Земле. Такие как напрягать живот до гула в голове. И это только для того чтобы расширить видение. Здесь, в привычной обстановке, он без труда оглядывал протяженность. Он был в центре, откуда бы он себя ни наблюдал. А вокруг него многочисленные потоки, дороги, пути, сети, узлы. И все это сверкает желтым на темно-фиолетовом фоне. Он может пальцами раздвинуть какой-то участок, углубиться в ход истории или будущего. Алиса волновала его, и, вспомнив о ней, он попал в ее поток времени. И ясно увидел, как на протяжении жизни у нее повторяется одна и та же история, с разными персонажами, но структура и течение – все один к одному, точь в точь. А начало идет с детства. Вот он видит ее маленькую. «Надо будет ей показать, – подумал Кай, – наверняка ей это поможет». Она сама увидит свое трагичное будущее и захочет изменить свою жизнь. Пусть будет так. Для этого он и здесь, чтобы изменить жизнь антов в лучшую сторону. Вскоре его активность была обнаружена в его когоре, и на встречу к нему направилась Адима, вошедшая во временной поток Кая. Она приветливо улыбалась в окружении желтых лучей и разветвлений, похожих на ветки большого дерева. Адима была уже в обновленном теле, но ее взгляд был мгновенно узнаваем.
– Добрый день, дорогой Кай! – она протянула руку. В кватро рука выглядела расплывчатой, как, в общем-то, и все тело. – Рада видеть тебя. Поздравляю с высадкой и первыми шагами.
– Спасибо, – Кай не ожидал увидеть ее так скоро, и в новом теле клона.
– Я предлагаю выбрать любую местность Земли до апокалипсиса и там пообщаться, – она пролистывала годы и века вплоть до XXI века и выбрала тихую местность, какое-то село.
– Почему именно XXI век? – спросил Кай.
– Потому что это последний век, когда человечество еще было живо и более или менее развивалось. Это век, когда открыли когнитивный код и узнали масштаб Вселенной. Это был золотой век с мощным рывком в развитии технологий и стремительным откатом впоследствии.
Они стояли на возвышенности, ниже располагались домики села, а еще ниже распростерлись луга и поля. Кое-где земля была уже вспахана. Стояла осень. Ветер обдувал прохладой. Беспрестанно мычали коровы. А в целом стояла тишина. Далеко на горизонте высились громадные стволы деревьев, упираясь верхушками в облака.
– Я бы хотела, чтобы ты это не только увидел, но и ощутил, услышал. Ощущения, это больше чем видение, хотя одно без другого не существует и неполноценно. Как тебе, кстати, ощущения в кватро? – Адима дышала на руки, чтобы согреть их.
– Сейчас у меня ощущение распирания внутри. Кажется, что все мои чувства и верхняя часть живота взорвутся и вылезут наружу, растекаясь лавой.
