- «Мой Император! Там всё пропитано ядом, вы можете погибнуть!», - он обеспокоенно подскочил к Квазару.
Все присутствующие развернулись, чтоб выбежать из дворца, Зеалу постоял ещё пару стуков сердца, тяжело вздохнул и вышел наружу. Он обязан подчиняться императорским приказам, но перспектива потерять только-только восстановившуюся крепкую власть, пугала его. Отсутствие власти порождает хаос.
Квазар тем временем подошёл вплотную к двери, его нос улавливал тонкие ароматы сложных ядовитых составляющих. Сосредоточившись на пространстве за дверью, он начал понижать активность молекул воздуха и ядовитых веществ. Стремительно во всём помещении понижалась температура. Яд конденсировался на стенах и мебели внутри вместе с влагой, превращаясь в замороженные кристаллы. Опустив температуру примерно до –100 градусов, Квазар остановился. Его целью не был абсолютный ноль, нужно было всего лишь заморозить все, что было внутри. Теперь алхимики и маги совместно смогут собрать все ядовитые вещества, поместив их в герметичные контейнеры, для дальнейшего анализа. Нужная температура будет держаться в закрытой комнате ещё минимум сутки. За это время можно будет всё подготовить. Выйдя из дворца тем же путём что и вошёл, Квазар предстал перед всеми главами семей, что были в городе. Часть стояла на коленях, видимо это были пленные, другая, меньшая часть, стояла за их спинами.
- «Комната с ядовитыми парами была мной заморожена. Яд пока неопасен, прикажите алхимикам и магам подготовиться к очистке помещения и сбору яда. Нужно проанализировать, откуда он. Это даст подсказки, что здесь произошло! После маги должны внимательно осмотреть стены и пол, я чувствую на них следы магических инструментов», - Квазар немного отвлёкся, пытаясь сосредоточиться на магах семьи Гор, но так ничего и не смог почувствовать. Видимо они были мертвы. «Что же творится-то?», - это всё было хреновым знаком. Кто-то обрубил главный конец этой истории с переворотом.
- «Мой Император, что нам сделать с этими предателями?!», - командир гвардии выдернул Квазара из раздумий, обратившись к нему, привстав на одно колено.