– Да шучу я, шучу. Мне совсем не тяжело, тем более мы уже пришли, – сказала я, достав ключи свободной рукой, и открыла двери.
– Проходи! Это, конечно, не пентхаус, а однокомнатная квартира. Но и я не дочь дипломата, поэтому как есть.
Монолог мой оценен не был. Семен устало облокотился об дверной косяк, прикрыв глаза, – видимо, ему становилось хуже.
Скинув с себя босоножки, я помогла снять обувь и ему. Подхватив раненого под руку, уложила его на широком диване, это была моя спальня и гостиная одновременно. Открыв окно на проветривание, вышла в ванную мыть руки. Когда я включила свет в комнате, Сема невольно зажмурился. За все это время я не услышала ни единой жалобы. Лежал раненый смирно, не проронив ни звука. Признаться, от него я такого мужества не ожидала.
Разложив на столе все необходимое и продезинфицировав руки спиртом, приступила к обработке: осторожно развернув полотенце, я разрезала футболку. Несмотря на обилие крови, рана была неглубокая, поэтому я облегченно вздохнула.
– Итак, пациент, жить будете, даже шить не придется! – бодро сообщила я.
– Прекрасная новость, – охрипшим голосом ответил он.
Напевая себе под нос, я аккуратно обработала рану, наложила повязку и сделала укол обезболивающего. Довольная своей работой, похлопала задремавшего Семена по плечу.
– Моя миссия выполнена. Можешь отдыхать, утром еще укол сделаю.
– Ты куда? – обеспокоенно спросил он.
– Мне нужно из машины занести вещи и принять душ. Если честно, денек очень продуктивно прошел.
– Не уходи, я сам вещи принесу.
– Тебе я как врач прописываю постельный режим. Так что не морочь мне голову.
И я уже повернулась уходить, когда Семен схватил меня за руку.
– Спасибо, – тихо пробормотал он.
– Всегда пожалуйста! – Я похлопала его по руке и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Со всеми делами я закончила ближе к полуночи. Глаза слипались, и жутко хотелось спать. Надев шелковую пижаму, я тихонько приоткрыла дверь в комнату. Мой подопечный вроде бы спал. Заняв большую часть дивана и раскинув руки в разные стороны. Я, стараясь не шуметь, достала вторую подушку и легла с другой стороны.
– Где научилась раны латать? – услышала я его тихий голос.
– Не спишь? Дежурства с мамой прошли недаром.
– Твоя мама врач?
– Да, хирург.
– А папа?
– А папы нет, у него другая семья, – равнодушно ответила я.
– Понятно.
Он перевернулся на здоровый бок лицом ко мне. Смотря прямо мне в глаза, осторожно взял прядь моих волос в свою руку.
– Будто шелковые… всегда мечтал к ним прикоснуться, – пробормотал он.
– Вот видишь, мечты сбываются, – усмехнулась я. – Эта девушка, ранившая тебя, кто она? – без перехода спросила я.
– Это моя сводная сестра, дочь отца от первого брака. Когда она родилась, он ушел из семьи, но через десять лет забрал ее на воспитание себе. Мы росли вместе… – ответил он, не выпуская из руки мои волосы.
– Тогда почему она напала на тебя? – удивилась я.
– У нее нестабильная психика.
– А мне кажется… – начала я, но он приложил палец к моим губам.
– Пусть тебе не кажется. Давай ты забудешь о том, что произошло, ладно?
В ответ я кивнула.
– Знаешь, ты мне очень нравишься. Вернее, никто не нравился мне так, как ты. И что теперь с этим делать?
– К сожалению, не могу тебе ничем помочь! – пожала плечами я.
– Правда? – и тихо засмеялся.
– Может, все-таки стоит попробовать отблагодарить тебя. Хочешь, я буду любить тебя вечность?
– Если очень хочешь меня отблагодарить, могу предложить альтернативу – настоящую крепкую дружбу длиною в вечность, – проникновенным голосом ответила я.
В тон мне он совершенно серьезно ответил:
– С этого момента ты мой единственный друг – до самой смерти.
– Твоей или моей? – весело спросила я.
– Нашей, – сказал он спокойно, но что-то в его голосе и взгляде заставило меня осмыслить сказанное, и чувство ужасной тревоги наполнило мое сердце. В этот миг его слова показались мне пророческими, и я четко осознала, что нас действительно связывает невидимая нить и разорвется она только в случае смерти…
– Давай спать, – осторожно сказала я, стараясь не смотреть ему в глаза.
– Хорошо. – И он закрыл глаза.
Судьба странная штука, никогда не знаешь, в какую игру она с тобой сыграет, вот так, собственно, она меня и свела с Семой, повернув мою жизнь совершенно в другом направлении.
– Ну и ладно! – вздохнула я, стряхнув с себя воспоминания, – значит, так должно было случиться! – И встала с постели.
Утренние процедуры освежили мою голову. Я позавтракала, проверила электронную почту. Писем было немного, в основном рабочие, от Семена известий нет. Такая странная привычка пропадать на несколько дней или недель появилась у него года три назад, когда мы открыли фирму. Объяснял Сема свои исчезновения рабочими командировками.
