Морозов прошел в комнату, включил ноутбук, пару минут бездумно смотрел в окно, пока загружались программы и приложения. Солнце спряталось за тучу, стремительно набегала черная полоса тени. Он заметил за собой неприятную особенность последнее время: внезапно начинала кружиться голова, и он словно отключался на короткое время, при этом оставаясь в сознании, слыша, о чем говорят окружающие. Длились такие приступы недолго и проходили сами собой, за сегодняшнее утро что-то подобное отмечалось дважды. Делиться с женой он не стал; Наташа наверняка его высмеет и скажет, что, как всякий невротик, он подвержен паническим атакам. Временами ему казалось, что она нарочно выискивает в нем слабые места, чтобы впоследствии ударить туда побольнее.
Константин положил на стол смартфон, увеличил изображение фотографии карточки. В глазах немного рябило, он гнал от себя мысль о необходимости сходить к окулисту и заказать очки для чтения. Ссылался на недостаток солнечного света в северной столице и чрезмерное увлечение гаджетами. Пальцы рук слегка дрожали; сказывались остаточные явления похмелья, хотя голова была ясной. Он ввел в поисковике слово «Инферно» и озадаченно уставился на всполохи рекламных объявлений, всплывающих на экране ноутбука. Информации было много. Большой огонь. Колода карт Таро, архетипы Ада. Оказывается, существовала операционная система с таким названием, а также фильм, по одноименному роману Дэна Брауна. Морозов редко смотрел кино, он с раздражением листал новые ссылки, понимая, что поиск связи между трупом безвестного мужчины на окраине коттеджного поселка и словом на карточке обречен на неудачу.
В комнату просунул голову тесть.
– Костя, ты долго еще?
– Пять минут! – не оборачиваясь, сказал Морозов.
Тесть тихо прикрыл дверь. При своих могучих габаритах он ухитрялся двигаться легко и бесшумно.
Введение уточняющего запроса в поиске «Яндекса» «Инферно, компания» сузило объем поиска. Первой на очереди появилась ссылка на некую организацию, специализирующуюся на продаже пожарного оборудования. Морозов продолжал исследовать безбрежное сетевое пространство, но, когда уже почти решил бросить это занятие и пойти махнуть с тестем заслуженные сто граммов, невесть откуда выплыла реклама.
«Инферно. Масштабный сложный квест в реальности!»
Замельтешили рекламные вкладки.
«Все виды квестов для компаний и частных лиц. Индивидуальный подбор программы, с учетом пожелания клиента. Розыгрыш призов».
Оформление сайта удивляло скромностью. Обычная заставка черно-белого цвета, ссылка на адрес сайта, номер телефона. Морозов записал номер, постучал карандашом по зубам. В том месте, где обычно авторы проекта указывают адрес офиса, красным цветом пылала категоричная надпись: «Больше не работает»!
На кухне громко рассмеялась жена. Сына Колю на выходные дни обычно забирала к себе бабушка, мать Константина. По только ей одной известным причинам пожилая женщина, живущая в том же районе, что семья Морозовых, Ивана Степановича недолюбливала. Немного поразмышляв, Константин набрал короткий номер. Ответ была предсказуем; неживой женский голос с ледяной вежливостью сообщил, что абонент недоступен, и ему отправлено голосовое сообщение. «Пороху ты сегодня не изобретешь, Костя!» – подумал Морозов, захлопнул крышку ноутбука и направился на кухню, где заливисто смеялась жена и что-то увлеченно рассказывал Степаныч.
– У этого человека я денег просить не буду! – отрезала Юлия.
Ее обычно кроткие голубые глаза полыхнули огнем, загорелые щеки покрылись румянцем. «Ярость украшает молодых привлекательных женщин, – подумал Алексей. – Вероятно, что-то с гормонами».
– Этот человек вообще-то твой отец, – осторожно напомнил он.
– Биологический отец, – уточнила Юлия. – Таких отцов-летунов по миру порхают тысячи!
Она вышла из кухни, где шел неприятный разговор, в комнате послышался скрип отодвигаемой дверцы шкафа. Сломалась пружина, позволяющая скользить створке мягко и бесшумно, и теперь всякий раз дверь двигалась по салазкам с отвратительным звуком, напоминающим писк крысы, пойманной в ловушку. Алексей посмотрел на дно кофейной чашки, пытаясь узреть пророческие знаки в коричневой жиже. Он побаивался своей молодой супруги в те моменты, когда ее охватывали приступы гнева. И вместе со страхом возникало сильнейшее сексуальное влечение, хотя психологи считают страх и либидо взаимоисключающими страстями.
