Фред помолчал, водя пальцами по столу. Чувствовалось, что он и сам не очень-то и доволен своим объяснением.
- Вот найдем и узнаем, - сказал он чуть погодя. - Парни, есть еще одна важная новость. Едет новый консул. А Деда на пенсию.
- Кто? - подался вперед Карл.
- А вот это, действительно, крайне интересно, кто... - многозначительно протянул Фред, - к нам едет некто Дрейк. Ничего не хотите мне сказать?
- Тим Дрейк? - быстро уточнил Карл.
- Да, - Фред обозначил короткий кивок.
Карл и Джордж многозначительно переглянулись.
- Ну, началось... - недовольно протянул потом Карл.
Фред молча побарабанил пальцами по столу и посмотрел на него, ожидая продолжения.
- Крокодил Бжезинского... - поморщившись, пояснил Карл
Синти с тревогой переводила взгляд с Фреда на Карла и обратно, пытаясь понять, что меняется для нее.
- И?
Ответил, для разнообразия, Джордж:
- Крокодил - он и есть крокодил. Будет нас жевать... Знаю я людей, кто под ним работал - ничего хорошего. Хм... Тут есть над чем подумать. Просто так Дрейка сюда бы не послали - не по чину. Значит, Збиг что-то такое тут углядел.
- Да, - бросил Карл и опять задумчиво пососал чубук, - думаю, что - да. И, даже, догадываюсь что.
Все присутствующие с интересом смотрели на него, ожидая продолжения.
- Смотрите, - начал он с профессорским видом, - руководство СССР действует довольно прямолинейно и на стратегическом уровне легко просчитывается. Да, в тактике их исполнители могут нас удивлять, и, порой - значительно, но политика страны в целом достаточно предсказуема. И вот вдруг мы видим слив наркосетей в Южной Америке. А ведь тут не только нашей армейской разведке поплохело из-за нежных отношений с теми ребятками, но и по кубинцам неслабый удар пришелся. Да и, наверняка, сейчас под ударом советская разведсеть, что выдала эту информацию. Ради чего, в чем профит Советов, парни? Это очень похоже на удар по какой-то группе в руководстве и, возможно, работа на перспективу контактов с нами.
Карл усмехнулся и продолжил:
- А сдача Халька? Вот тут профит Советов очевиден, только кто бы в их Политбюро это мог понять? Тут продемонстрирован совсем другой уровень политического, я подчеркиваю это слово, именно - политического мышления. Чтобы так действовать - надо оперировать определенным набором категорий, чего за русским руководством до сих пор не замечалось. И в этой связи очень интересной становится вот эта группа, что объединяет в себе сверхвысокую информированность со способностью к самостоятельной политической игре на новом уровне. А вот для Збига найти такую группу в русском руководстве - это как для голодной акулы свежая туша под носом. Это ж его идея-фикс: победить СССР без непосредственного использования военной силы, расшатывая их изнутри, на противоречиях между властными группами. Вот зуб даю, Дрейк приедет с инструкцией из двух слов: "никакой эксфильтрации".
- Да, - негромко пробормотал Джордж, - хорошо, что мы с Карлом автономны и консулу не подчиняемся.
Синти тряхнула головой:
- Я одного не поняла: школьника мы ищем или уже нет?
- Конечно! - хором ответили ей три возмущенных мужских голоса.
- Соколов...
- Ммм... - я с неприязнью провел пальцем по алюминиевой ложке: опять жирная.
- Ну, посмотри на меня, Соколов... - со страстью сказала Кузя.
Я нехотя поднял на нее глаза. Достигнутый успех ее окрылил: она радостно взмахнула надкушенной сдобной булочкой и наклонилась вперед. Маневр был бы эффективен, будь у школьной формы декольте. А так я скользнул по глухому черному платью безразличным взглядом и опять посмотрел на борщ, раздумывая, вытаскивать отмеченную темными пятнами свекольную соломку или сожрать ее так.
- Соглашайся, Соколов, - она даже шептать умудрялась с придыханием, - представь: только ты и я. А дверь закроем. И можно будет никуда не торопиться...
- Наташа, не буди во мне зверя, - процедил я. Ей все-таки удалось расшевелить мое воображение.
- Ну, подумай сам, - она эффектно прижала ладонь к груди, - никто не будет знать мое тело так, как ты - и вдоль, и поперек, и снизу-вверх...
Сидеть отчего-то стало неудобно, и я заелозил на стуле, ища позу покомфортней.
Кузя откусила от булки небольшой кусочек и запила молоком. На верхней губе осталась тонкая белая полоска. Она неторопливо ее слизнула и удовлетворенно хмыкнула, увидев, как дернулся мой взгляд.
Я молча давился первым. Она тоже замолкла, перейдя к капустному салатику, но светло-карие глаза загадочно поблескивали, неотрывно выглядывая брешь в моих позициях. Иногда она чуть заметно улыбалась, удовлетворенно так, словно в моих реакциях удалось отыскать что-то нужное. В такие моменты я начинал нервничать еще сильней.
- Кстати, - небрежно уточнила она, - с меня никто еще никогда мерки не снимал. Я вот даже и не знаю - там раздеваться надо, наверное, да? Ну, что б правильно замерить вот отсюда и досюда?
