-Ну, а вообще, сегодня ты был великолепен и неподражаем. Собственно, как и вчера и позавчера. Но всё-таки, пожалуйста, береги себя.
-Спасибо за комплимент, - я снова поцеловал руку женщины. - Какие планы на вечер, вернее, на ночь?
-Какие планы? - усмехнулась Наталья. - Встречусь с парой любовников. Потрахаюсь с ними. Напьюсь, а то и уколюсь. Покурю марихуану. Нюхну кокаина. Ну, и так далее, и тому подобное.
-Ты в своём репертуаре, моя любимая девочка! - восхитился я.
-Репертуар мой неизменен, пока ты рядом со мною, мой любимый мальчик, - улыбнулась Наталья.
-Браво! - снова легко рассмеялся я. - Приглашаю тебя на ужин.
-И где мы будем ужинать?
-Есть тут неподалёку один очень неплохой ресторанчик.
-И что он собою представляет?
-Заведение в мексиканском стиле.
-Фу, я не люблю острую кухню!
-А текила? Самая настоящая. К тому же её изготовили в Мексике, в стране, где ненавидят англосаксов в общем и америкосов в частности. Я сам такой. У, суки, это же надо! Гады! Отняли у бедных мексиканцев такой кусок территории! Я очень сильно возмущён! Ничего, всё равно мы её рано или поздно вернём!
-Ну, не будем о политике. Вернёмся к теме текилы, - ласково сказала Наташа.
-Если не говорить о политике, то она приговорит тебя! Ну ладно, так что ты хотела сказать о текиле?
-Да, настоящая текила очень многого стоит, - улыбнулась женщина. - Ах, какой у неё изысканный и специфический вкус! А аромат? Полный восторг! А как она идёт под солёный лимончик!
-Ну, и я о том же! А остроту блюд мы уменьшим, это вполне в моих силах. Шеф-повар - мой приятель и истовый поклонник.
Через пол часа мы сидели в ресторане на открытой террасе, любовались тихим, как всегда безбрежным и ласковым ночным морем, которое мерно и тяжело колыхалось перед нами, вернее, под нами.
-Хочешь, я прочитаю моё любимое стихотворение Михаила Юрьевича Лермонтова? - вдруг спросила Наташа, как-то странно, тягуче и испытующе посмотрев на меня.
-Жажду его услышать, - нахмурился я.
-А почему ты нахмурился?
-Чувствую, что стихотворение не будет оптимистическим. Лермонтов был ещё тем мизантропом и пессимистом.
-Да, ты прав.
-Ты знаешь, в моём состоянии не хватало мне только всяких стихов великого поэта, которые в большинстве своём являются крайне пессимистическими, - помрачнел я.
-И какое у тебя состояние? - тоже помрачнела Наталья.
-Три миллиона долларов.
-Да я не о том! Идиот! Придурок! Зачем надо мною издеваться?!
-Прости. Душевное и физическое состояние у меня, честно говоря, хреновое. Балансирую на самой грани, на острие бритвы. Быть иль не быть!? Вот в чём вопрос!
