– Если любишь, то можно. – Кристиан задумался: а ведь на такой шаг мало кто решится. – А ты бы смогла лишиться того, что тебе дорого, ради спокойствия другого человека?
Элиза недоуменно уставилась на него. Что она об этом знала? Ей двадцать один. Можно сказать, что она жила в своей раковине, и, кроме того случая с Риком, не испытывала больше никаких эмоций. Она никогда не влюблялась и вряд ли когда-нибудь полюбит…
Конечно, она не размышляла о том, как отдать самое дорогое любимому человеку. Самое дорогое она уже бросила – писать картины. Больше у нее ничего нет: ни доверия, ни чувств, ни невинности. Над ней надругались и растоптали.
Сглотнув, Элиза отвернулась. Она не хотела отвечать на вопрос. Девушка молчала и тем сильнее интриговала Криса. Он мысленно перебрал все, что могло с ней случиться, рисуя в воображении самые ужасные картины. Мужчина ее обидел, это очевидно. Хотелось бы взглянуть на ублюдка, чтобы расквасить его физиономию о ближайшее дерево. Возможно, то же самое сделала Элизабет, у нее решительный характер.
Кристиан сменил тему, понимая, что Элизу не выведешь на откровенность. А после обеда они вновь двинулись по пляжу, прячась от солнца в тени деревьев, но, к счастью, оно пекло не так сильно, как в середине лета.
– Однажды один испанец потерпел кораблекрушение, и его вышвырнуло на берег, – стал рассказывать Кристиан, и Элиза подошла ближе, внимательно слушая его. – Но, в отличие от нас, он очутился не на острове, там не росли пальмы и не текла пресная вода. Эта была узкая полоска песка.
– Какой кошмар! – воскликнула Элиза.
Раньше она не особо жаловала всякие сказки, но сейчас… Сейчас она понимала, что выжить сложно, а если это песчаная полоска – невозможно.
– Что же он пил и ел? Нет растительности и даже не спрятаться от солнца!
Она была так возмущена, что у нее вспыхнули щеки. Захотелось дотронуться до ее кожи, чтобы проверить температуру девушки. Пальцы Кристиана невольно коснулись ее пальцев, переплетаясь с ними. Элиза замерла, а он продолжил:
– Он прожил там многие годы. Если ты отгадаешь, с помощью чего или кого ему удалось выжить, то я исполню любое твое желание. А если нет, то ты выполнишь мое.
Элиза задумалась и облизнула губы. Это не ускользнуло от Криса, его пальцы слегка дрогнули и тут же разжались. А он, оказывается, коснулся ее руки бессознательно. Как так получилось? И почему ему хочется до нее дотрагиваться?
Элиза задумалась, перебирая все свои желания. Что ей нужно? На необитаемом острове много желаний не исполнить.
– Я согласна, – тихо произнесла она.
Что ей пришлось бы по душе? Кофе с корицей? Чай с лимоном? А почему приз должен быть именно осязаемой вещью? Надо просить что-нибудь другое. Например…
– Если я выиграю, то на протяжении трех дней ты будешь называть меня на «вы» и «ваше высочество».
Кристиан чудом скрыл улыбку, пришлось глубоко вздохнуть и на пару секунд закрыть глаза. Вряд ли она выиграет, но если это случиться, то приз станет издевательством. Но всего лишь на три дня! Он потерпит.
– Идет, – кивнул Кристиан, – о своем призе я скажу, когда одержу победу. Итак, с помощью кого или чего тот испанец выжил на узкой полоске суши? Жду твоих вариантов.
Элиза усмехнулась, размышляя над ответом. Они шли по пляжу, провожая солнце за горизонт. Шли сытые, и оба улыбались. И у них есть дом. Если не думать над тем, что они пережили кораблекрушение и потерю друзей, то все было не так плохо, как казалось на первый взгляд. По крайней мере, здесь нет виноградных плантаций, и жизнь на острове уже смахивала на отдых.
– Там не было ни одного дерева? – задала Элиза наводящий вопрос и покосилась на Криса.
– Ни одного, – убедительно ответил Кристиан, – нет деревьев, нет воды, только песок. Полоса достигала в длину метров двадцать.
– Ты все только что сочинил, да?
– Это было на самом деле, клянусь.
– Ладно, сколько у меня попыток?
– Одна.
– Издеваешься? – возмутилась Элиза: придумать даже один вариант было сложно.
– Хорошо, две…
– Три!
– Ладно, – сдался Крис, любуясь закатом.
Здесь красиво: небо окрашено разными красками. Когда бы он еще насладился подобным зрелищем? Его жизнь проходит на ранчо. Хотя! Закат на фоне плантации выглядит еще более эффектно.
– Может, он ждал отлива? Рыба оказывалась на мели, и он ее собирал.
Элиза смотрела на Криса, ожидая, что он удовлетворительно кивнет, но он только закатил глаза.
– Раз в месяц? Он ведь не бессмертный, три дня без воды – верная гибель.
Кристиан был прав. Одна попытка провалена, осталось еще две. Элиза шла, слушала шум воды и представляла жизнь того бедняги. У нее есть даже лес с финиковыми пальмами, а у него не было ничего! Только соленая вода.
– Наверное, там жили птицы, и он питался их яйцами, – произнесла Элиза.
Найди она птичье гнездо накануне, сделала бы омлет. Но только не сегодня. Нет. Эта идея уже отпала – она не станет питаться яйцами и убивать зародышей. Но у того человека выбора не было.
