— Послушай, Малфой, это уже не смешно! — предупреждающе произнесла она, поднявшись на ноги.
— Грейнджер, ты сейчас похожа на панду, — сдавленно проговорил он, пытаясь совладать с собой.
— Что?
— На панду. Твои глаза… Черные круги, как у панды.
Это было последним, что он смог выдавить, прежде чем захохотал воткрытую. Гермиона какое-то время бестолково смотрела на него, после чего её осенило: тушь. Точно, она же сама только что растерла её под глазами, пытаясь ладонями вытереть воду с лица. Вот ведь идиотка.
И внезапно недавно испытанный стресс, осознание глупости ситуации и вид согнувшегося от смеха Малфоя — всё это вылилось в то, что она и сама неожиданно для себя воткрытую захохотала.
Они смеялись долго, и благодаря этому Гермиона почувствовала, как напряжение покидает её тело, словно вместе с выбросом в кровь эндорфинов улетучивались все те негативные эмоции, которые не давали ей покоя несколько дней. Наконец успокоившись, Гермиона попыталась вытереть пальцем тушь, но поняла, что, скорее всего, её просто ещё больше размазывает. Ещё улыбаясь от недавно угасшего смеха, Драко сделал к ней пару шагов и мягко произнес:
— Давай я.
С этими словами он аккуратно, едва касаясь, обхватил одной ладонью её затылок и, склонившись над ней, принялся вытирать остатки туши большим пальцем другой руки у неё под глазами. Гермиона замерла от ощущения его близости. Она смотрела в его слегка нахмуренное, сосредоточенное лицо, которое теперь было так близко, что она почти чувствовала его размеренное дыхание у себя на щеке, и думала, что больше всего на свете она бы сейчас хотела вновь ощутить его губы на своих губах. Эта мысль застигла её врасплох, испугала, и она внезапно почувствовала себя неуютно от того, что снова так близка к разрушению.
— Готово, — словно прочитав её мысли, отстранился Драко и теперь уже взглянул прямо в глаза Гермионе.
Казалось, он хотел что-то сказать, но она его поспешно перебила:
— Спасибо. А теперь, я надеюсь, ты мне расскажешь суть упражнения.
Конечно, они оба понимали — эти слова были не более чем простой попыткой вернуть их общение к безопасной теме танцевальных тренировок, и в данный момент это было необходимо. Ведь как бы они ни старались забыть произошедшее, игнорировать его, не говорить о нем, всё равно оно всё ещё было здесь, между ними. Гермиона понимала — им двоим просто не под силу, абсолютно невозможно контролировать то напряжение, что возникало каждый раз, как только они оказывались рядом друг с другом, как и практически не под силу удержать себя от желания вновь почувствовать, прикоснуться, подойти поближе, ощутить.
Но они решили бороться. Сдаться без боя было, мягко говоря, не совсем в их характере.
— Суть в том, — после недолгой паузы, произнес Драко, — что мы должны попробовать сделать эту поддержку в воде из статичного положения. Таким образом, у тебя не возникнет подсознательного страха перед падением, ведь максимум, что с тобой случиться — это то, что ты намокнешь ещё больше.
— Стой, так ты предлагаешь начать упражнение прямо сейчас? В таком виде? — недоверчиво посмотрела на него Гермиона. — У меня ведь даже нет с собой купальника!
— А кто сказал, что он тебе нужен? — двусмысленно усмехнулся Драко, скользнув глазами вниз по её телу, и, увидев её возмущенный взгляд, добавил: — Ты же итак уже вся мокрая, что тебе терять!
Гермиона слегка зарделась и уже собиралась вытащить палочку, чтобы высушить свою одежду, как осознала, что это будет просто глупо с её стороны: всё, что нужно, Малфой и так уже увидел.
«В очередной раз», — сварливо заметил голосок в её голове, и она нахмурилась.
— Единственное, что нам будет необходимо, так это снять обувь и, пожалуй, немного трансформировать свою одежду в нечто более подходящее, — пожал плечами Драко и, развернувшись, медленно зашагал к пляжу. Гермиона последовала вслед за ним, некстати отметив про себя, что сзади он так же хорош, как и спереди.
Следующие полчаса они, хохоча, пытались выполнить поддержку в воде. Малфой был прав — она чувствовала себя гораздо уверенней и почти не боялась упасть, однако всё же входить в верхнюю планку со статичного положения было достаточно сложно, и прежде чем у Гермионы получилось, она несколько раз падала в воду, периодически увлекая за собой Драко. Сейчас ей было на удивление хорошо с ним, и она не знала наверняка, что служило тому причиной: то, что она полностью была увлечена процессом и у неё абсолютно не оставалось времени думать о чем-то ещё, кроме тренировки, или то, что она могла безопасно и абсолютно безнаказанно наслаждаться ощущением его рук на своем теле, его волнующей близостью.
Солнце почти село, когда они, довольные проделанной работой и полностью выбившиеся из сил, решили закончить тренировку. Гермиона наконец-то научилась держать равновесие в поддержке, хотя ещё предстояло отработать этот элемент в движении, что они и решили сделать завтра. Сойдясь во мнении, что всё же тренироваться в воде лучше в специально созданной для этого одежде, оба договорились на следующее занятие прийти одетыми подобающим образом.
