От этой мысли живот Гермионы неприятно скрутило. Конечно, в глубине души она знала, что вряд ли Драко может так поступить, особенно если учесть, сколько сил и времени он потратил на их совместные тренировки. Но крупица сомнений всё же оставалась, и от этого Гермиона чувствовала себя паршиво.
Шепнув свое имя двери и ответив на контрольный вопрос, она вошла в своё бунгало. Скинув босоножки, Гермиона направилась в спальню с надеждой хоть немного расслабиться и отдохнуть от сумасшедшей первой половины дня. Чувство тревоги до сих пор не покидало её, и причиной тому, конечно же, был Малфой.
«Чёрт бы его побрал», — зло подумала Гермиона и, с силой распахнув дверь, замерла на пороге: на её кровати лежала средних размеров серебристая коробка, перевязанная изумрудной лентой. Поражённо уставившись на неё, Гермиона поколебалась в нерешительности, но подошла поближе и аккуратно присела рядом. Она внимательно осмотрела коробку со всех сторон, предусмотрительно стараясь до неё не дотрагиваться — ни письма, ни записки нигде не было. Наконец, судорожно втянув воздух, Гермиона решила: будь, что будет — и потянула за край шёлковой ленты. Внезапно крышка коробки сама плавно поднялась и отлетела в сторону, приземлившись в нескольких сантиметрах от неё. Гермиона громко выдохнула от неожиданности, но, посмотрев внутрь, замерла: на дне стояла пара изящных танцевальных босоножек, украшенных сотнями сверкающих камней.
— Святой Мерлин… — только и смогла протянуть она, когда достала их. Босоножки, оказавшись в её руках, внезапно засверкали ещё ярче, вмиг приобретая голубой оттенок, прямо в цвет её сарафана. Гермионе потребовалась минута, прежде чем она смогла оторвать от них взгляд: обуви прекрасней этой она в жизни не видела. Страшно подумать, сколько стоит эта пара туфель и, уж конечно, вряд ли она смогла бы себе их позволить.
Внезапная догадка на пару секунд обездвижила Гермиону.
Не может быть.
Аккуратно отложив босоножки в сторону, она схватила коробку и нетерпеливо достала небольшую записку, покоившуюся до этого на самом дне. Развернув её, Гермиона про себя прочитала:
«Я испортил тебе туфли. Возвращаю долг».
Всё. Больше ни слова.
Подписи не было, но Гермиона и так знала, от кого она получила такой щедрый подарок, как знала и то, что этот «кто-то» точно сошёл с ума.
Конечно, она не могла позволить ему «вернуть долг» в таком виде. Её старые туфли были в десятки, а может, и в сотни раз дешевле и скромнее, чем те, что Гермиона обнаружила в коробке. Но, к сожалению, босоножки, в которых она репетировала в последние дни, по правде говоря, были едва годны для выступления, и потому Гермиона всерьёз опасалась, что в кульминационный момент танца у неё может сломаться каблук или порваться перепонка, фиксирующая щиколотку. А уж в том, что это непременно приведёт к ужасным последствиям, сомневаться не приходилось.
Гермиона вновь с тоской взглянула на босоножки. Ей придётся их вернуть, однозначно. Но что если она хотя бы просто их примерит? В этом ведь нет ничего страшного, правда?
Воровато оглядевшись по сторонам, она дрожащими руками надела туфли, а, когда потянулась к перепонкам, чтобы застегнуть их, те внезапно сами мягко обхватили её щиколотки и зафиксировали стопы. Гермиона встала с кровати и подошла к большому зеркалу возле комода. Взглянув на себя, она не смогла сдержать восхищённый вздох: казалось, босоножки волшебным образом преобразили её фигуру. Мало того, что они идеально подошли ей, так ещё зрительно стройнили и вытягивали силуэт благодаря высокому каблуку. Покрутившись перед зеркалом, Гермиона сделала пару танцевальных па и неожиданно обнаружила, что ей невероятно легко в них двигаться, несмотря на устрашающую высоту каблуков. Босоножки были невесомыми, божественно прекрасными и на удивление удобными, поэтому чем дольше Гермиона любовалась ими, расхаживая и кружась в них по комнате, тем скорее рос соблазн оставить их себе.
И в момент, когда она после продолжительной внутренней борьбы всё же мысленно пообещала их вернуть, но только после выступления, записка, лежащая на кровати, неожиданно всколыхнулась. Гермиона, нахмурившись, подняла её и прочитала новую фразу появившуюся на бумаге:
«Я так и знал — ты не сможешь устоять».
— Чёрт бы тебя побрал, Малфой, — озвучила свои недавние мысли Гермиона и внезапно весело рассмеялась.
Драко не спеша озирался по сторонам, стараясь ничем не выражать своего внутреннего беспокойства. Большой зал потихоньку наполнялся волшебниками, пришедшими посмотреть танцевальное шоу, но всё же был полон ещё лишь наполовину.
— На, выпей, — Забини небрежно подвинул к нему бокал с огневиски.
Драко лениво перевёл взгляд на Блейза.
— Ты ведь помнишь, что через час мне крутить задницей вон на той сцене? — кивнул он вправо.
— Конечно, — ухмыльнулся Забини. — Именно поэтому я и предложил тебе выпить. Нервничаешь, словно первокурсница перед распределением.
Малфой скривил губы в презрительной усмешке.
— На всякий случай я бы посоветовал тебе заткнуться, — вскинув бровь, взял бокал в руку Драко. — И, кстати, мне плевать на выступление.
