— Вы оба — просто идеальная пара. Никакого чувства ответственности и понимания серьёзности происходящего, — угрюмо покосилась на него Гермиона, как только он поравнялся с ней, и Драко закатил глаза.
— Послушай, Грейнджер, если я не мочусь в штаны от страха перед выступлением и не падаю в обморок, словно томная барышня, при мысли о нём, это ещё не значит, что я отношусь к происходящему «несерьёзно», — небрежно повёл он рукой. — Просто расслабься. По-моему, ты слишком себя накручиваешь.
Они остановились возле двери, ведущей в гримёрку артистов.
— Накручиваю?! А как, по-твоему, я должна себя вести, когда ты целый день шляешься непонятно где и совершенно игнорируешь все назначенные Марией встречи?!
— Думаю, ты можешь догадаться, где я, как ты выразилась «шлялся», — спокойно произнёс Драко и демонстративно посмотрел на туфли Грейнджер.
Она, проследив за его взглядом, моментально вспыхнула и, казалось, на пару секунд опешила, после чего отвернулась и открыла дверь в гримёрку.
— Я верну их тебе сразу же после выступления, — мрачно изрекла она, вмиг погасив свою злость, и вошла внутрь большой комнаты, полной суетящихся волшебников.
— Не стоит. Я, кажется, уже объяснил, что всего лишь вернул тебе долг.
— Ты не обязан был это делать, — напряжённо произнесла Гермиона и направилась в противоположную часть комнаты, не смотря на него.
— Я хотел, — серьёзно сказал Драко ей в спину и увидел, как Грейнджер замерла на секунду и замедлила ход, словно сомневаясь, повернуться ей или нет.
— И вообще, — приняв решение, Гермиона наконец резко развернулась к нему, вновь начиная закипать, — кто дал тебе право покупать мне такие туфли? Ты не хуже меня знаешь, что те босоножки, которые ты испортил, совершенно не эквивалентны этому!
Грейнджер ткнула указательными пальцами на свои туфли и теперь прожигала Драко взглядом, ожидая его реакции.
Он же буравил взглядом её ноги и мысленно пытался успокоить свою… реакцию, от которой уже было больно.
— Окей, Грейнджер, чего ты добиваешься? — отогнав от себя непрошеные мысли, Малфой сделал несколько шагов ей навстречу. — Ждёшь извинений или грёбаного раскаяния в том, что я — о, ужас! — подарил тебе туфли?
Драко видел, как её щёки вновь тронул восхитительный румянец.
— Так это был подарок? — чуть помедлив, спросила она и поражённо уставилась на него своими большими глазами.
Он ничего не ответил, а лишь слегка повёл плечом. Пусть думает, что хочет. В любом случае уже слишком поздно отступать. Да, он подарил ей грёбаные туфли, да, он почти пожалел об этом, вернее, пожалел бы точно, если бы она не была столь восхитительна в них. Интересно, догадывается ли Грейнджер, как чертовски хорошо сейчас выглядит? Догадывается ли, что своим внешним видом почти разрушила остатки его спокойствия и самообладания?
Внезапно мысли Драко нарушил возглас:
— Наконец-то, сеньор! Вы чуть не свели меня с ума! Ваша сеньорита пришла вовремя, но вы!
Малфой перевёл взгляд на Марию, которая выглядела крайне возмущённой и взволнованной.
— Прошу прощения, я задержался в… — он хотел сказать «в баре», но быстро сообразил, что сейчас это будет не самая лучшая идея, — большом зале. Заговорился с другом.
Драко краем глаза заметил, как Грейнджер скептически выгнула бровь и скрестила руки на груди.
— Ладно, сейчас некогда это выяснять. Вот, посмотрите сценарий, — Мария показала ему длинный пергамент, на котором моментально материализовался порядок номеров. — Всего выступает семь пар, вы танцуете последними. Стефано уже объявил первый номер, так что, прошу вас, никуда не уходите. Особенно это касается вас, мистер Малфой. У вас просто удивительная способность пропадать из поля зрения!
— Не волнуйтесь, сеньорита, боюсь, я уже нашёлся окончательно, раз нацепил на себя это, — саркастично произнёс он и показал на свой костюм. — Пожалуй, ещё никогда моя задница не была настолько обтянута тканью.
Драко не без удовольствия отметил, что Грейнджер едва заметно улыбнулась.
Она спешила. Лоренцо после долгих уговоров отвёл ей всего полчаса, и этого было катастрофически мало.
Конечно, первым делом она направилась в их бунгало, надеясь, что сможет застать его там. Интуиция говорила обратное, интуиция кричала о том, что в такой час он скорее найдет себе занятие получше, чем сидеть в четырёх стенах и ждать её. И, хотя она не желала с этим соглашаться, всё же понимала, что, скорее всего, так оно и есть. Вот только верить в это не хотелось, как не хотелось и размышлять о том, где ещё он сейчас может быть.
С кем ещё он сейчас может быть.
Упрямо проигнорировав скверное предчувствие, она распахнула дверь и замерла на пороге. Быстрым взглядом окинула пространство, оценив обстановку, сделала пару шагов внутрь, а потом почти бегом проверила все комнаты, цепляясь за последнюю надежду.
Но в бунгало никого не было, комнаты были пусты. И почему-то сразу стало пусто и в её душе.
