- Нет, конечно, нет, — испуганно проговорила Гермиона, но сразу после этих слов француз отвлекся и увидел, как Жак жестом зовет его. Извинившись перед Гермионой, Андрэ поспешил к нему, на время оставив свою партнершу наедине со своими мыслями.
Тёмные искусства, значит. Гермиона нахмурилась и выследила глазами Малфоя. Теперь ясно, почему она не знала это заклинание, и почему хорек знал его. «Одна только татуировка на его предплечье может о многом рассказать», — неприязненно подумала Гермиона, издалека отмечая темное пятно на левом предплечье блондина. Тот, словно почувствовав, её взгляд, обернулся и, зло прищурившись, неожиданно сократил расстояние по пути к Гермионе. Девушка резко отвернулась, предпочитая думать, что ей показалось, но когда увидела его рядом с собой, её иллюзии растворились.
- Что, Грейнджер, твой кавалер выручил свою даму из затруднительной ситуации? – едко спросил он, ухмыльнувшись.
- Из затруднительной ситуации меня выручит только твоё отсутствие, — холодно ответила ему Гермиона.
- А знаешь, Грейнджер, я вот тут поразмыслил сейчас и пришел к выводу, что тебе чертовски не везет! Прямо-таки, злой рок, — начал издалека Малфой, приняв деланно озабоченный вид.
- Ты о чем? – недовольно покосилась на него Гермиона, параллельно отметив про себя, что все волшебники начинают расходиться на свои первоначальные места напротив зеркальной стены.
- Ну как же, Грейнджер, — словно удивившись, что Гермиона не понимает, произнес Малфой. – Что ни кавалер — либо гей, либо Уизли. Причем оба варианта, скажем так, не красят своим присутствием даму. Хотя подожди, может у золотых девочек такая мода, выбирать себе придурков для равновесия в пару?
- То есть, ты хочешь сказать, что тебя красит своим присутствием та тупоголовая девица, которую ты называешь «своей партнершей»?! – скрестив руки на груди, зло сощурила глаза Гермиона. – Или у пожирателей такая мода, выбирать себе подружек, равных им самим по уровню интеллекта?
- Ах ты дрянь… — зло начал Малфой, но Гермиона, которая уже вошла в раж, перебила его.
- Что, Малфой, хочешь сказать, что ты не пожиратель, как говорили все эти трусливые подпевалы Волдеморта? Тогда объясни мне, что это?! – повысив голос практически до истерики, схватила Гермиона Драко за левую руку и повернула её татуировкой наружу.
Но когда она внимательней вгляделась в темное пятно, на которое старалась не смотреть все эти дни, то обнаружила, что вместо темной метки на предплечье Драко красуется… Дракон?!
- Ну ты и дура, Грейнджер, — с презрением выдернул из её ладоней свою руку Малфой. – Неужели ты, золотая выпускница Хогвартса, так отчаянно старавшаяся помочь чудо-мальчику победить Темного Лорда и не раз дававшая показания против, так называемых, «пожирателей смерти», могла забыть, что темная метка исчезла сразу же после того, как Темный Лорд был повержен?
Гермиона и вправду чувствовала себя дурой. Малфой был действительно прав. Она не раз демонстрировала свои блестящие знания относительно проявления темной магии, но в этот раз почему-то забыла о столь важной детали.
- И да, в следующий раз, когда решишь сказать нечто — по твоему мнению — остроумное, хорошенько подумай! Хотя не удивлюсь, если ты разучилась это делать вовсе после столь тесного общения с семейкой рыжих, — пренебрежительно бросил ей Драко, слегка погладив левое предплечье, от чего дракон зашевелился.
- А ты в следующий раз постарайся не быть таким придурком, хотя сомневаюсь, что это возможно после столь тесного общения с семейкой пожирателей, – скрестив руки на груди, не отступала Гермиона, чувствуя себя, тем не менее, сконфуженно.
- Что ты, Грейнджер, всё заладила про пожирателей? Думаешь, ты знаешь, как всё было на самом деле?! Поверь мне, то, что ты читала в газетах или слышала из рассказов Поттера и его подпевал, лишь верхушка айсберга. А я видел айсберг целиком, — мрачно сказал Драко, внезапно изменившись в лице, и Гермиона почувствовала, что перешла грань, за которую заступать нельзя.
В глазах Драко не осталось и капли былого веселья, сарказма, да чего угодно, что Гермиона предпочла бы увидеть сейчас. Вот только не этот злой блеск и такой мрак во взгляде, что она невольно сжалась. Лицо Малфоя в данный момент полностью отразило всё, что он пережил, пребывая в рядах пожирателей, и Гермиона уже двести раз пожалела, что не нашла другого способа задеть Драко. Теперь она не знала, что сказать, а потому просто пробормотала:
- Извини.. Я не хотела.
Так странно было извиняться перед человеком, которого она на дух не выносила, но сейчас это было единственно правильным решением.
- Не стоит, Грейнджер. В конце концов, все мы заложники своих стереотипов, — горько усмехнувшись, ответил Малфой и посмотрел куда-то сквозь Гермиону. – Что за…
Но он не успел договорить, как она услышала строгий голос:
- Ну всё, синьор, синьорина!
Гермиона резко обернулась и увидела Марию, на лице которой не было привычной улыбки. Её глаза метали молнии.
- Я терпела ваши пререкания в течение всего занятия, но моему терпению пришел конец! – подбоченившись, сказала она.
