- Уехать? – недоуменно спросил Драко, смотря в затылок Лоренцо. – А разве вам можно покидать территорию курорта?!
- Ты многого не знаешь о Магнолии, мой мальчик. Если сказать просто, то пришло время уехать. И Элиса тому причина. Я должен помочь ей, а ты не должен препятствовать её отъезду.
С этими словами Лоренцо повернулся на каблуках и твердо посмотрел на Драко.
- Поверь мне. Так будет лучше для всех.
Услышанные слова ошеломили Драко. От переизбытка эмоций он не знал, что сказать.
- В таком случае, я поеду с вами, - наконец, как можно решительнее произнес он, поднимаясь со стула. – Без неё мне здесь делать нечего.
- Я понимаю тебя, Драко, но боюсь, что это невозможно. Те дела, которые нам нужно с ней сделать, касаются только нас двоих, ты уж прости, - смягчившимся тоном произнес Лоренцо, но взгляд его оставался непоколебимо твердым. – Тебе не стоит уезжать с курорта, особенно если учесть, что мы с Эли скоро вернемся, и вы сможете прекрасно провести время вдвоем.
- Лоренцо, я, в свою очередь, понимаю ваши благие намерения, но скажите мне, какого Мерлина я буду здесь делать один все эти дни? И да, сколько их будет, этих дней вашего отсутствия? – внутренне всё больше распаляясь, спросил Малфой, при этом оставаясь внешне практически невозмутимым.
- Не могу точно сказать, Драко, прости. Возможно два дня, а может и целая неделя. Но попрошу тебя об одном. Если тебе действительно дорога моя Эли, то, поверь, тебе стоит остаться здесь. Для вашего же общего блага.
Эти слова прозвучали бескомпромиссно и уверенно, от чего у Драко не осталось сомнений в том, что Лоренцо действительно знает что-то, что для самого Малфоя было недоступно. И эта осведомленность его пугала даже больше, чем перспектива остаться на курорте одному в ожидании очередных невероятных поворотов судьбы.
***
Она отдавалась ему без остатка. Вокруг было темно, и лишь тусклый свет фонаря слегка освещал помещение, в котором они находились. Она лежала на столе, обхватив его ногами за талию, а он держал её руки, запрокинув их за голову и не давая пошевелиться. От этой беспомощности она только больше чувствовала наслаждение и экстаз, который с каждым толчком сильнее разгорался в её теле. Он что-то жарко шептал ей, и она даже уловила пару нецензурных слов, но, казалось, всё, что бы он сейчас ни сделал, принесет ей только больше удовольствия. Вскоре он подхватил её за талию и резко притянул к себе, запустив пальцы в её волосы. От резкого движения поясница отдала болью, и она даже слегка вскрикнула, но он моментально погасил вскрик поцелуем, жадно впившись в её губы. И она почувствовала, что падает…
В следующую секунду она уже шла по коридору Хогвартса по направлению к двери, которая вот-вот должна была показаться из-за угла. Было страшно, губы пересохли, а сердце разрывалось от чудовищной боли. И вот, она уже открывает дверь, входит вовнутрь, где её встречает кромешная тьма. Кажется, что в помещении пусто, но она почему-то знает, что это не так. И лишь увидев силуэт возле окна, она поняла, что была права…
Гермиона внезапно проснулась и резко встала с кровати. Она тяжело дышала, на лбу выступила испарина, а лицо выражало неподдельный ужас. Сны, которые она увидела, были настолько шокирующе реальными, что ей потребовалось какое-то время, чтобы осознать их неправдивость. К тому же, это начало её изрядно беспокоить. Она видела один и тот же сон далеко не впервые, и с каждый разом он становился всё ярче и ярче. А теперь ещё и… Вспомнив события самого первого сна, Гермиона невольно покраснела. Она не видела лица того, с кем так самоотверженно занималась любовью, но ощущения были настолько невероятными, что она до сих пор чувствовала лёгкое возбуждение.
Стараясь поскорее прийти в себя, она умылась намеренно ледяной водой, и, посмотрев на часы, решила развеяться. До обеда оставался ещё целый час, и она была уверена, что её друзья отдыхают от утреннего похода на пляж. Что касается её самой, то она предпочла остаться сегодня дома и хорошенько выспаться, предварительно приняв средство от головной боли.
Гермиона старалась не впускать к себе в голову никакие мысли, а потому просто на автомате шла вперед, периодически сворачивая в неизвестные ей закоулки. В конце-концов, рано или поздно, она придет в какое-нибудь милое место, которое вполне её устроит.
Только бы не думать о вчерашнем.
Её беспокоил сон. Она собиралась поговорить об этом с Гарри, но он был сейчас настолько неподдельно счастлив, что ей не хотелось загружать его своими проблемами. Но при этом Гермиона твердо решила, что, если сон повторится, во всяком случае, она обязательно расскажет о нём Джинни, а там и будет видно, что делать дальше.
Внезапно перед девушкой возникла небольшая пальмовая роща, которая выглядела дикой. Вокруг не было никаких протоптанных дорожек и аллей, бунгало для туристов остались далеко позади, а рядом слышался лишь шум волн, стрекотание насекомых и пение птиц. Гермиона на секунду остановилась, решая, идти ей или нет, и, в конце-концов, любопытство взяло верх.
