Внутри тринадцать шпилей образовывали круглую сцену, центром которой были нижние пространства Шпиля Единства. В каждом из тринадцати были организованы балконы, расположенные ярусами друг над другом, поскольку в Аструм Примарис мог войти любой маг сдавший экзамен на уровень магического искусства Мастер. На каждую школу балконов приходилось довольно много, и ярусы тянулись под самый потолок — к мастерски расписанному Ильбезем Коротконогим куполу, являвшему аудитории картины открытия магических сил и самых великих свершений прошлого. За куполом, впрочем, располагалось еще несколько этажей башни, отданных под различные административные и технические нужды. В центре же, доступная взгляду с любого балкона (в то же время и балконы всех школ были хорошо видны с любого другого балкона зала), располагалась Трибуна — висящий в воздухе каменный круг, разделенный на сектора из тринадцати цветов, с серым пятном в центре. В этом пятне находилась кафедра, с которой обычно раздавал приказания Спикер-Распорядитель или выступали докладчики от Школ. Когда на Трибуне кто-либо находился, если он, конечно, имел право там находится, цвет его Школы вспыхивал магическим светом и демонстрировал залу, от чьего имени ведется беседа.
Особыми акустическими достоинствами зал не обладал, потому голоса докладчиков, как с Трибуны, так и с места, усиливались магическим образом, посредством артефактов-усилителей. Штатные — порхавшие по залу, просто усиливали голос говорящего и выглядели как бронзовые рты с крылышками. Но многие из достаточно состоятельных Мастеров имели при себе собственные артефакты. Так, например, усилитель Мордреда был выполнен в виде львиной головы, а когда он говорил при ее помощи, в его голосе слышался рев пламени. Мастерам из Школы Смерти служили усилителями их маски-черепа, делавшие голоса рокочущими или замогильными. В Школе Воды были популярны артефакты в виде водных фей, наполнявших голос журчанием весенних ручьев. Маги из Школы Тьмы говорили зловещим шепотом, разносившимся на весь зал, через шелковые повязки на нижней половине лица. В обиходе подобного рода артефакты назывались «горлопанами».
Мордред занял балкон в одном из центральных ярусов своей Школы, сел в золоченое кресло черного дерева, обитое пурпурным плюшем и багровой кожей, с клепками из красной меди, и скомандовал Берру «Желтолицему» — сержанту его личной охраны:
— Более никто этот балкон занимать не должен, но не забывай пропускать моих маленьких гостей, — Тонкие губы посетила мимолетная улыбка.
Голова в глухом шлеме без забрала, с узкими стреловидными прорезями для глаз кивнула, взметнулся алый плащ. Горящие воины встали у входа на балкон и скрестили копья.
«В Конце концов, пока я правлю Школой, имею право требовать уединения, если желаю. А Корону Вечного Костра они сумеют вырвать лишь из моих скрюченных мертвых пальцев. Хотя, может, именно этого они и желают».
Стены, балконы, ограждения, полы и прочие элементы строения были серыми. Однако многие школы, для демонстрации факта своего присутствия вывешивали через перила свои штандарты и флаги, вносившие немного разнообразия. Мордред мрачно рассматривал Зал, положив подбородок на руку в латной перчатке.
Школу Воды под знаком белой капли на синем фоне, представлял Артур из Ледяных Рено, именитый флотоводец. В аквамариновых доспехах и тяжелом плаще темно-синего бархата, он выглядел довольно величественно. Мужественное, загрубевшее от соленого ветра лицо, длинные, густые волосы того же цвета что и плащ, ниспадавшие на плечи, стелившиеся по спине, а вот глаза темные, хитрые и глубокие. Престарелая Леди Воды — наследная правительница Школы, тридцатая по счету, прекрасно знала, кого посылать представлять ее интересы по вопросам колоний.
«Выскочка. Пара ничего не значащих побед на море, пара выигранных турниров, и он уже возомнил о себе невесть что. Много ли ты разбираешься в политике, парень? Сомневаюсь».
В ложу, пройдя мимо стражников, скользнул низкий человек в бархатном камзоле мышиного цвета, с мелкими чертами лица и вкрадчивой улыбкой.
— Школа металлов готова осуществить поддержку, если в этом году вы сократите производство пламенного оружия, особенно огнепушек. — Улыбка была заискивающей.
— А они тем временем крепко зажмут рынок своим великолепным оружием, особенно, — Осклабился Мордред, — всережущими клинками. К черту. Пошел прочь.
Мышиный человек быстро удалился, на обратном пути получив пинок от стражника.