— Владения колониями — это не только привилегия, но так же и тяжкое бремя, — Принц Полудня, облаченный в анатомические доспехи, белый, тяжелый плащ, юбку из кожаных полос с металлическими клепками и высокие сандалии из беленой кожи, похоже любил выделяться. Его «горлопана» не было видно, а голос — высокий и чистый, звучал под сводами Зала, без каких-либо искажений, — Это бремя должен нести достойный правитель. Проявляющий заботу о своих подданных не издалека, а рядом с ними, деля горести и радости тяжелой жизни на Экваторе. Школа Дня не обладает колониями, и, возможно, не имеет опыта в данном деле. Однако я, Эрос Принц Зари, и три тысячи колонистов из моей Школы, ожидающих в порту Анкаргоса отправки в Новый Свет, готовы не словом, а делом доказать свою готовность взять на себя бремя колониальной жизни. Я готов передать бразды правления здесь своей сестре — Принцессе Зари, а сам отправиться на Экватор. Мои люди готовы бросить свои дома и земли, ради лучшей доли, они ждут меня и ждут вашего решения. Что мне передать им? — Закончил он с надрывом, победно обозревая зал.
«Провалитесь немедля в ад со своими кораблями вместе, так и передай! Хитрый пацан, это будет сложно перебить. Сложно, но можно». Мордред был одновременно впечатлен и раздосадован речью Принца Полудня.
Следующей, как и боялся Глава Школы Огня, выступала школа Жизни. Равно как магов смерти не любили и боялись не только в Гилемо Антарии, но и во всей Гольвадии, так же магов жизни любили и почитали. Они были очень сложным противником.
— Жизнь в колониях опасна и тяжела, — Начал степенно Милостивый Иерарх, пользуясь горлопаном в виде небольшого ангела, делавшего его голос мягким и добрым. — Болезни, укусы опасных насекомых, эпидемии, голод, неурожай, нашествия варваров и кровавых северянок. Все это угрожает колонистам, готовым отправиться в новые земли. Рассказал ли об этом Принц Полудня своим людям? Вряд ли, он не был там и не может знать. Флоты Владычицы Небесной Башни наверняка знают, каково это, и люди, ходящие на ее кораблях, продолжают гибнуть от цинги, а колонисты — от малярии. Но колонии — это не только беды, но и новые открытия, травы, лекарственные растения, яд местных насекомых, змей и прочих созданий влажных джунглей и горячих равнин. Они ценнее, чем все прочие товары, которые мы можем получить оттуда, — Он обвел зал глазами, — Исследовав и начав применять лекарственные свойства веществ, полученных из колониальных владений, Школа Жизни использует эти достижения для улучшения жизни колонистов во всех владениях Гилемо Антария, а так же и здесь в метрополии. Передав колонии под наш протекторат, вы поспособствуете улучшению жизни каждого Гилемо-Антарца.
Под гром аплодисментов он сел. «И не поспоришь особо. За исключением того, что ты лжив насквозь старик. Вы приносите пользу и исцеление лишь тем, кто приносит пользу вам». Мордред уже знал, что говорить. Колониальная организация Гилемо Антария — была до смешного ущербной. Каждая школа действовала обособленно или заключая зыбкие, быстро разваливающиеся союзы. А потому каждому, кто владел колониями, приходилось защищать и снабжать их самостоятельно. Лишь изредка удавалось добиться, применяя все тот же подкуп, слезы, уловки, какой-то помощи от Аструм Примарис или правящей на тот год Школы. Потому колонии этой могучей в Гольвадии державы были разрозненны, малы и фактически предоставлены сами себе. Все это было плодами разлада. И мало кого устраивало. Но так же мало кто был готов делиться благами от колониальных владений с другими Школами. Потому бардак процветал. Но на надеждах очень удобно было играть.
Он встал и начал. Очень благодарный Черному Клоуну, которому пришлось дать солидную взятку, за то, что смог выступить последним.