- Да, какая же школа в такую погоду? Тут хоть бы домой добраться после работы...
- Не говори... – Наташа любила снег, но не до такой степени! И уже сейчас ее передергивало при мысли, что домой придется возвращаться по такой непогоде.
- Я отвезу тебя вечером. Если, конечно, машину откопаю... – Растерянно почесал голову Ярослав. Легко можно было догадаться, что один из сугробов, видневшихся во дворе больницы, – его машина. Значит, придется поработать, чтобы добраться до нее. Или же на своих двоих изображать снегоход.
- Там посмотрим. – Наташа уже знала, что последует за этой фразой.
- Наташ, я понимаю, что уже надоел тебе с этим вопросом. Но, может, ты все же согласишься переехать к нам? – Осторожно спросил Ярик.
- Не торопи меня. – Наташа опустила голову. – Пойми, для меня это... Тяжело, что ли... Я столько лет была одна, что теперь мне тяжело привыкать к тебе, к девочкам. Я боюсь все испортить. Я же тебе не раз уже говорила...
- Ты ничего не испортишь! – Горячо возразил Ярослав.
- Мне бы твою уверенность. – Наташа с усмешкой посмотрела на него. Она чувствовала, что ей начинает не хватать домашнего уюта, Полины и Иры, общего завтрака... Наташа часто оставалась у Ярика ночевать, ей хотелось засыпать и просыпаться рядом с ним. Но она так и не смогла решиться на окончательный переезд. Даже самой себе Наташа не могла объяснить, почему.
- Я еще вернусь к этому разговору. – Шутливо пригрозил ей Ярослав.
- Даже не сомневаюсь! – Привычно огрызнулась Наташа. Ярик не обижался. Он понимал, что “милая и добрая” Наташа – это нечто из области фантастики. Ее тон, ее резкие выпады – это ее характер, ее особенность, которая и делает ее такой недоступной и такой притягательной.
- Звонил Василий Васильевич, там пациента везут! Сказал, чтобы готовили носилки и смотровую! – Мила прервала их разговор.
- Хорошо, уже идем. – Наташа бросила быстрый взгляд на Ярика и вышла. Он, захватив со стола выписки, последовал за ней..
Пусть и с опозданием, но начинался обычный рабочий день.
*
Максим пропустил отца в кабинет и зашел вслед за ним.
- Ну что, сынок, как успехи? – Кирилл Евгеньевич с удобством расположился в кресле. Максим с неудовольствием посмотрел на отца.
- Замечательно. Если бы ты хотя бы иногда интересовался нашей жизнью, то и сам бы знал.
- Вашей? Позволь уточнить, – ехидно поинтересовался Красовский, – ты сейчас о своих коллегах или о своей пассии?
- Позволь уточнить, ты знаешь хоть, что у тебя внук родился? – Тем же тоном ответил ему Максим.
- Молодец, делаешь успехи. – Кирилл Евгеньевич оценил выпад сына. – Но я сегодня не настроен выяснять родственные связи. У меня к тебе деловой разговор.
- Знаешь, я уже сыт по горло твоими разговорами. И честно говоря, не ожидал тебя здесь увидеть. Это после всего, что ты натворил. – Максим невольно повысил голос.
- А ты докажи, что это я сделал. – Самодовольно улыбнулся Красовский. – Тебе у меня еще учиться и учиться. И я готов преподать пару уроков.
- Но ведь есть распечатки разговоров, видеозаписи... Тут же все очевидно!
- Распечатки разговоров... Я тебе таких распечаток знаешь сколько могу принести? Кто тебя интересует? Началов? Витковская? Или кто помельче? Маргарита? Ты к ней когда-то неровно дышал. А видео... Что видео? Что на нем? Я и прекрасная молодая девушка. Обедаем в ресторане.
- Какой же ты... – Максим сжал кулаки.
- Полегче, сын. Я тебе уже говорил. Я такой. Но посмотри, где я, а где ты. – Кирилл Евгеньевич встал и прошелся по кабинету. – Думаешь, в этом счастье? – Он щелкнул пальцем по фотографии на стене, на которой были все сотрудники хирургии. – Нет.
- А в чем? В том, чтобы тебя ненавидели?
- Ну, это ты погорячился. – Протянул Красовский. – Ты будешь слушать, что я тебе предлагаю, или нет?
- Нет.
- Тогда слушай. Помнишь наш разговор несколько месяцев назад?
Еще бы Максим не помнил. Тогда отец шантажировал его закрытием отделения.
- Я хочу дать тебе шанс все исправить, начать все заново. Убрать всех, тебя оставить. И возле тебя будут проверенные люди.
- А с чего ты взял, что эти не проверенные? – Тихо, но жестко спросил Максим.
- Да я вижу, что они с тобой и с отделением сделали. Вы же на грани нищеты. Зарплату чем платить будете в следующем месяце? И оборудование ваше, если проверить, пора на свалку списать.
- Я верю в лучшее. – Максим встал. – И мне пора работать. Поэтому или ты говоришь, зачем пришел, или... – И мужчина красноречиво указал отцу на дверь.
- Я хочу стать главврачом. – Прямо сказал Красовский-старший. Чего юлить? Сыну его желания и так давно уже известны. – И ты мне в этом поможешь. – Кирилл Евгеньевич пристально посмотрел на сына.
- Даже не надейся. – Твердо ответил Максим и распахнул дверь.
- Тогда, я думаю, твои любезнейшие коллеги очень огорчатся, оставшись без работы. – Красовский нарочито медленно прошел мимо сына. – Подумай об этом. У тебя две недели на раздумья.
