- Это замечательно, но работа не ждет. Поэтому вернитесь на свое место, пожалуйста. – Ирина Васильевна отвернулась, мимоходом кивнув Опилату. Они справились. Все же хорошо работать с людьми, которые знают свое дело и понимают коллег с не то что полуслова, а полувзгляда.
Тамара, надувшись, ушла. Рита проводила ее взглядом.
- Зачем вы так, Ирина Васильевна? Тамара же волнуется. – Устало произнесла она.
- Нам здесь некогда волноваться. И о работе не стоит забывать. – Отрезала Лещук. – Если бы вы разволновались, то неизвестно, как бы закончилась операция. И была бы она вообще.
- Не преувеличивайте. – Рита опустилась на стул в коридоре. – Вы бы справились.
- Я не преувеличиваю. – Коллега остановилась рядом. – Вы сами хирург и понимаете, что одна я бы не вытянула Владимира Петровича. Опилат не хирург, он делал свою работу. Он ортопед. И скорее, ассистировал, чтобы осколки костей не ухудшили ситуацию. Про анестезиолога вообще молчу. – Тут Лещук нахмурилась. – Я хотела бы с ним поговорить. Его работа меня впечатлила. И далеко не в самом лучшем смысле.
- Ирина Васильевна... Спасибо вам. – Тихо сказала Рита.
- За что?
- За то, что помогли, привели меня в чувство. Я не знаю, что на меня нашло тогда, в ординаторской.
- Вы просто запаниковали и я вас понимаю. С каждым может случиться. Главное, чтобы вы сумели вовремя взять себя в руки. От вас зависят жизни пациентов. В нашей работе эмоции нужно оставлять дома.
- Вы правы. Только иногда не получается. – Горько усмехнулась Рита.
- Учитесь. – Ирина Васильевна посмотрела на коллегу и в ее глазах промелькнуло сочувствие. Она помнила признание Риты в том, что Началов – ее отец. У хирурга было много вопросов, которые она хотела бы задать. Но сейчас был не лучший момент для этого. – Без этого никак. Такая у нас работа.
Рита молча кивнула. Лещук была права. И Владимир Петрович тоже не раз об этом говорил. Но Рита знала об этой своей слабости. Она слишком часто позволяла своим эмоциям и порывам взять над собой верх. Права Ирина Васильевна – учиться и еще раз учиться...
- Пойдемте, нас коллеги ждут. – Голос коллеги отвлек Риту от мыслей.
В ординаторской их встретили гробовым молчанием и напряженными взглядами.
- Все нормально, операция прошла хорошо. – Ответила Ирина Васильевна разом на все вопросы. Зоя рванулась было к двери, но хирург удержала ее. – Зоя Федоровна, вас ждет Анатолий Иванович, вам нужно заняться рукой. Потом вас осмотрит Александр Петрович. К Владимиру Петровичу вас все равно пока не пустят. – Мягко произнесла она и кивнула Миле, чтобы та проводила медсестру в травматологию.
- А что у вас? Как Максим? – Рита обвела коллег взглядом и напряглась, увидев, как те опустили глаза. – Что случилось?!
- У нас возникли осложнения. – Мрачно произнес Рустам. – У Макса скрытая артериовенозная аневризма. Мы обнаружили ее, когда добрались до ангиомы. Она небольшая, 5 мм. Но риск разрыва слишком велик. Мы не рискнули продолжать операцию. Нужно специальное оборудование. И нейрохирург.
- Аневризма? – Ирина Васильевна нахмурилась. – Где снимки больного? Мы не могли пропустить ее!
Рустам подал ей снимки. Хирург внимательно изучила их.
- Погодите... – Медленно произнесла она. – Не здесь ли вы ее обнаружили? – Женщина ткнула пальцем в сплетение сосудов. Она обратила внимание на это пятно раньше, но списала на ангиому и затенение области мозга.
- Здесь. – Рустам заглянул ей через плечо.
- Но почему Дмитрий Эдуардович ничего не сказал? Он же должен был предположить! – Лещук недоуменно обвела коллег взглядом.
- Нас это тоже интересует. – Вскользь заметила Наташа. Лещук скользнула по ней взглядом и вновь обратилась к Рустаму:
- Какие меры вы предприняли? Что с больным?
- Мы прервали операцию. Для начала нужно выполнить клипирование аневризмы, потом заниматься ангиомой. И то – у меня теперь сомнения, стоит ли. – Сказала Наташа вполголоса.
- Почему? – Ирина Васильевна наконец удостоила ее вниманием.
- Мы не можем быть уверенными в причине возникновения аневризмы. Если ангиома стала причиной, где гарантия, что в будущем не возникнет новых аневризм. И купировав ангиому, мы рискуем спровоцировать появление новых, но уже в другом месте. Мы вмешиваемся в кровоток. И неизвестно теперь, была ли ангиома причиной приступа.
- Вы правы... – Медленно произнесла Лещук, глядя на снимок. Наташа удивленно подняла брови. Надо же, Доцент признала ее правоту. – Поэтому я предлагаю, не откладывая, вызвать коллег из Киева и в случае необходимости транспортировать больного в столичную клинику.
- А как же Саксонов? – Подал голос Ярик.
- Я с ним поговорю. Слабо верится, что он с его-то опытом мог пропустить подобный случай.
Ирина Васильевна отложила снимок. Вопросов становилось все больше. Она знала Саксонова уже много лет. И на секунду не могла поверить, что он не заметил аневризму или хотя бы не предположил возможность ее образования. И почему-то хирургу казалось, что ответов будет больше, чем вопросов.
*
