- Мы будем организовывать транспортировку пациента в Киев, в институт Ромоданова.
- Никакой транспортировки не будет. – Вмешался Красовский, холодно глядя на Рустама.
- Что? – Хирургу показалось, что он ослышался. – Но как же...
- А вот так. Вы закончите операцию здесь. Мой сын настаивал, чтобы его оперировали вы. И вы будете это делать. Иначе я расценю это, как умышленное нанесение вреда пациенту. – Тихо произнес Красовский.
- Кирилл Евгеньевич, у вас еще что-то ко мне есть? Или я могу идти? – Рустам встал, не дожидаясь ответа.
- Идите, Рустам Давитович. Пока идите. – Кивнул Красовский. – Но нам еще предстоит разговор. И не один.
Рустам вышел, оставив Красовского и Саксонова. В его голове творился полный хаос. Или ему показалось, или Кирилл Евгеньевич только что отказался от единственного возможного варианта лечения его сына? Провести операцию в условиях их клиники невозможно! Это поистине ювелирная работа, требующая специального оборудования!
Внезапно Рустам наткнулся на Наташу. Она машинально извинилась и пошла дальше, даже не заметив коллегу. Рустам удивленно проводил ее взглядом. Но догонять не стал. Ему сейчас важнее было увидеть Максима. Что-то подсказывало Рустаму, что Красовский – старший не отступит. И хотя Рустам не мог понять мотивов Кирилла Евгеньевича, он знал одно – Максим поправится, и если нужно будет рискнуть, они рискнут!
*
- Наташа! – Голос Ярика с трудом пробился сквозь мысли. Наташа тряхнула головой и рассеянно посмотрела на мужчину.
- Ты что-то сказал? – Она думала о заключении, лежащем в ее сумке. И о разговоре с Тарасом Юрьевичем. И о том, что будет дальше...
- Я должен остаться здесь... – Ярик виновато посмотрел на нее. – Нужно следить за состоянием Владимира Петровича, и я могу понадобиться в любой момент. Такое вот внеплановое ночное...
- Хорошо. – Наташа кивнула. – Тогда я пойду. – Она была даже рада этому. Сейчас ей не хотелось оставаться наедине с Яриком. Она понимала, что он спросит, он обязательно спросит. А сказать ему Наташа не могла.
- Я еще хотел попросить... Забери, пожалуйста, Полину из школы искусств. – Ярослав перехватил Наташу за руку и притянул к себе. И с удивлением почувствовал, что женщина напряглась.
- Хорошо, заберу. – Наташа осторожно высвободилась из его объятий. И тут же, словно устыдившись, легонько поцеловала его в щеку. – Завтра увидимся.
Она вышла из больницы. В воздухе наконец запахло весной. До школы искусств идти минут пятнадцать. Есть время подумать. И Наташа отдалась мыслям. Сегодняшний день был полон событиями. Уж насколько всех шокировало назначение Красовского главврачом, а уж то, что он фактически запретил спасать его сына – это нонсенс! Лещук пообещала с ним поговорить. Лещук... Вспомнив коллегу, Наташа невольно поморщилась. Кличка “Доцент” вполне ей соответствовала. Самоуверенная, наглая и ... умная. Наташа не могла не признать, что новый хирург обладает весьма впечатляющими знаниями и навыками. Если бы Наташа тогда решилась уехать, Лещук стала бы ей достойной заменой.
“Уехать”... Наташа почувствовала, что сердце пропустило пару ударов. Сегодня ее кошмар стал явью. Тарас Юрьевич прятал глаза, общими фразами говоря ей о выводах, полученных в результате обследования. И Наташа вспомнила первую мысль, которая пришла ей в голову: “Если бы я тогда уехала, все было бы хорошо”. Она сразу же прогнала ее, но сейчас навязчивая мыслишка вновь прокралась ей в голову, затмив все остальные. “Если бы... Если бы... Если бы...” – билось в мозгу в такт шагам.
Наташа чуть не прошла мимо школы искусств. Полина уже ждала на ступеньках и кинулась к Наташе на шею:
- Я уже заждалась!
Наташа обняла девочку. Она вспомнила свою когда-то брошенную фразу “У меня нет дочери”. Кажется, тогда Ярик спросил ее о пациентке, мол, что, если бы это была ее дочь. Сейчас она поняла, что девочка, обнимающая ее, ей очень дорога. И если бы у Наташи была дочь, то она была бы такой, как Полина. Или Ира. Или же у нее было бы две дочери...
- А папа где? – Спросила девочка, взяв Наташу за руку.
- Он сегодня работает.
- Опять кого-то спасает?
- Опять. – Улыбнулась Наташа.
- Ничего, спасать нужно. А мы сегодня делали оригами! – Полина начала увлеченно рассказывать Наташе, что такое оригами и сколько фигурок девочка сделала на занятии. Болтовня Полины отвлекла Наташу от тяжелых мыслей. Она улыбалась, слушая, как Эдик с соседнего стола подарил Полине бумажный тюльпан.
Они зашли во двор. Наташа бросила взгляд на окна. Свет в кухне горел, значит, Ира дома. Наташа ускорила шаг. Хотелось поскорее оказаться дома. “Дома”... Она и сама не заметила, когда стала называть квартиру Ярика домом. Но все больше ей хотелось оставаться здесь подольше, и все меньше хотелось возвращаться в темную холодную двушку. Правда, Валентина Ивановна скрашивала ее вечера. Валентина Ивановна! Надо ей позвонить, договориться на завтра...
