- Вот и я очень... – Ника задумчиво покачала головой. – И только ради него... Я знаю, кто тебе пишет.
Когда пришел Журин и увел Нику, голова Риты буквально гудела от услышанного. Она, словно в тумане, забрала на проходной свои вещи и, выйдя на улицу, вдохнула свежий воздух. В голове прояснилось. Рита машинально взглянула на часы. Десять утра... Ей казалось, что с того момента, как она зашла в колонию, прошли часы. Значит, она еще может успеть в больницу! Рита тормознула проезжающее мимо такси.
- На вокзал! – Бросила она водителю. Ей столько нужно рассказать Рустаму, но в то же время столько нужно обдумать... И Рита была даже рада, что впереди несколько часов дороги. Ей нужно было прийти в себя и понять, что делать дальше. Она не замечала проносящихся за окном машины старинных черниговских улиц. Ее мысли были заняты словами Ники. Рита понимала, что соперник у нее появился серьезный и таинственный, несмотря на то, что теперь она знала его имя. И каким будет его следующий шаг – не знал никто.
*
Рустам заглянул в палату. Мама, улыбнувшись, отложила книгу.
- Привет. – Мужчина присел на кровать. Женщина ласково накрыла его руку своей.
- Ты спал сегодня? – Спросила она. Темные круги под глазами сына тревожили ее. Она помнила его горящий взгляд, а сейчас перед ней были глаза уставшего человека, в которых уже не было прошлой искры.
- Да. – Коротко ответил Рустам. Ни к чему маме знать о его тревогах. Но материнское сердце не обманешь.
- Что-то случилось? – Нуригуль пытливо заглянула в глаза сына. – Или ты не хочешь мне говорить?
- Все в порядке. – Рустам отвел взгляд. Мать вздохнула.
- Я понимаю... – Медленно произнесла она. – У тебя своя жизнь и свои тайны. А помнишь, как раньше мы с тобой вечерами разговаривали, и ты делился со мной всем...
Женщина вздохнула. Столько лет выпало из их жизни и столькое им нужно наверстать, о стольком поговорить!
- Помню. – Рустам улыбнулся. – И я и сейчас готов тебе все рассказать. Просто... – Он умолк.
- Просто ты и сам не можешь понять, что происходит? – Подсказала мать. Она слишком хорошо знала своего сына, и годы не могли этого изменить.
- Да. – Рустам отвернулся.
- Может, я смогу помочь? – Нуригуль Булгаровна обняла сына за плечи и притянула к себе. И от этой давно забытой ласки сердце Рустама дрогнуло, и он одним духом выложил матери все, что происходило в его жизни с того момента, как он покинул дом. Женщина молча слушала и лишь иногда на ее глазах появлялись слезы, которые она старательно прятала от сына. Он рассказывал ей все наболевшее, накопившееся за эти годы. И Нуригуль Булгаровна поражалась тому, сколько всего свалилось на плечи ее ребенка, ее мальчика. Если бы только она могла стереть это из его памяти, из его сердца! Но этого, к сожалению, не мог никто. И ей оставалось лишь слушать его исповедь. Исповедь прежде всего перед самим собой.
- Теперь ты знаешь все. – Закончил Рустам. Он надеялся, что, рассказав все матери, ему станет легче. Но ожидаемого облегчения не наступило. Наоборот, теперь все казалось еще сложнее.
- Я знаю... – Эхом отозвалась женщина. Казалось, она не слушает сына. Внезапно она повернулась к нему.
- Значит, вы до сих пор не знаете, кто угрожает Маргарите? – Спросила она, пристально глядя сыну в глаза.
- Нет. И это хуже всего. – Рустам нахмурился. – Врага нужно знать в лицо.
- Ты его знаешь. – Тихо ответила мать.
- Что?! Что ты имеешь в виду? – Напрягся Рустам.
- Этот человек тебе хорошо знаком. Он обещал отомстить. Но я не приняла его слова всерьез. А зря... – Прошептала женщина.
- Мама, кто это?! Скажи! – Рустам схватил ее за руки.
- Когда ты уехал, разразился большой скандал. – Медленно произнесла Нуригуль Булгаровна. – Ты поступил против обычаев и законов нашего народа.
- Ты же знаешь, почему! – Вскинулся сын.
- Знаю. – Мать жестом усадила его назад. – Но не так нужно было это делать. А ты всегда был вспыльчивым. И часто принимаешь поспешные, а потому необдуманные решения.
- Но я не мог поступить иначе! – Рустам уронил голову на руки. Нуригуль Булгаровна машинально погладила его по голове.
- Мог, если бы хотя бы на минутку задумался. – Ответила она. – И своим поступком ты нажил себе врагов. А ты и сам знаешь, что поступки против чести, а особенно чести женщин, против брака и семьи, у нас караются. И не всегда законно.
- Ты хочешь сказать... – Рустам поднял голову и посмотрел матери в глаза.
- Ты сам знаешь ответ. – Она ответила ему прямым взглядом, и в ее глазах он увидел лишь одно имя. Имя того, кто сейчас угрожал его семье. И это имя – Айдер.
Ярик заглянул в палату и деликатно кашлянул, пытаясь привлечь внимание хирурга. Рустам вздрогнул и обернулся.
- Мы тебя ждем в ординаторской. Там... – И Ярик неопределенно махнул рукой.
