Зов в «Обжору» я послал еще с порога дома Меламори, так что завтрак уже красовался на столе в Зале Общей Работы (в наш с Джуффином кабинет курьер не рискнул соваться). Меламори оживленно занялась содержимым своей тарелки.
– Я припас хорошее развлечение для всех участников карательной экспедиции, – сообщил я. – Оно скоро заявится, я надеюсь.
Я вкратце пересказал Меламори историю отпрыска местных корсаров. Это был воистину сокрушительный успех в области разговорного жанра, моя прекрасная леди хохотала, как в старые добрые времена.
– Боюсь, что я оказал не лучшую услугу бедному сэру Рогро. Ясное дело, свинство, но мне было так приятно стать добрым дяденькой и устроить на теплое местечко обиженного судьбой человека, – Этим покаянием я торжественно завершил свое предрассветное шоу.
– Кстати, а ты знаешь, что за парень этот Рогро? – спросила Меламори. – Когда-то он «лихо зажигал», по выражению твоего нового приятеля. Ты знаешь, что он был послушником в Ордене Семилистника? И героем Смутных Времен. Этот парень лез в любую заварушку, лишь бы подраться на дармовщину, так что сдуру совершил немало бессмертных подвигов. А потом, почти сразу после принятия Кодекса, угодил на десять лет в Холоми за применение недозволенной магии чуть ли не шестидесятой ступени в уличной драке. Из Ордена его сразу же выперли, разумеется, хотя все наши в голос выли: Рогро пользовался всеобщей любовью. Но тогда с этим было очень строго, даже военные заслуги ему не помогли… Да, а уже в Холоми Рогро придумал газету, написал письмо старому Королю, и тот пришел в восторг. Так что сэр Рогро вышел из Холоми солидным человеком и главным редактором им же изобретенного «Королевского голоса». До этого в Ехо никогда не было никаких газет. Странно, правда?
– Правда, – кивнул я. – Мир без газет… Представить себе не могу. Без чего угодно, только не без газет! Так это сэр Рогро их придумал? Ничего себе! Настоящий гений.
– Ну да, он такой, – кивнула Меламори. – Сейчас уже не верится, но поначалу газеты раздавали бесплатно, потому что никто из горожан не понимал, зачем они нужны. Так что за все платил Король. Но потом люди так привыкли читать газеты, что не смогли отказаться от привычки, даже когда сэр Рогро начал требовать за свой товар деньги. А дюжину лет спустя появилась «Суета Ехо». Вообще-то, официально считается, что ее издают другие люди, но за всем этим стоит тот же Рогро, можешь мне поверить. Отец с ним дружит, так что я в курсе этих дел. С «Суетой» получилось еще лучше – они пишут всякие глупости, а люди это любят, сам знаешь.
– Знаю. Спасибо за информацию, Меламори. Джуффин давно мне советовал заглянуть на досуге в досье сэра Рогро, говорил, что я получу море удовольствия. Что ж, он был прав, как всегда. Замечательный дядька.
– Да, еще бы.
Меламори внимательно посмотрела на меня и осторожно спросила:
– Макс, а почему ты вдруг решил, что я должна с вами ехать?
Я пожал плечами.
– Ну, во-первых, я регулярно делаю всякие глупости, объяснить которые не в силах никто. Во-вторых, твоя помощь действительно может пригодиться. Не испытываю ни малейшего желания шастать по кустам, как изволил выразиться Джуффин. Если уж мы едем охотиться на этих ребят, для начала будет неплохо быстро их найти, а Магахонский лес велик, если верить карте. Ну а в-третьих…
Я смутился и полез в карман за сигаретами.
– Что – «в-третьих»?
– Знаешь, если уж судьба и смерть, и все Темные Магистры стоят на страже нашей с тобой нравственности… В общем, я подумал: ладно, нельзя, так нельзя. Но может быть, в обнимку ловить магахонских разбойников – не такая уж плохая альтернатива? Я имею в виду, что в Мире существует немало способов получить удовольствие от каких-то совместных занятий, и нам стоит все перепробовать, как ты думаешь?
– Я думаю, что ты – самый замечательный парень во Вселенной, – рассмеялась Меламори. – Особенно когда открываешь рот. Впрочем, это твое нормальное состояние. Ты ведь наверняка и во сне разговариваешь.
– Во сне я грязно ругаюсь. Спроси у Лонли-Локли, он тебе перескажет один из моих монологов. Благо записал на память.
– Он уже рассказывал, – Меламори окончательно развеселилась.
– Извините, Макс, я вам не помешаю? – тактично осведомился Андэ.
Он застыл на пороге, оценивающе разглядывая Меламори и одаривая меня многочисленными понимающими улыбками. – Я могу подождать там, ничего страшного.
– Не надо нигде ничего ждать, Андэ, – Я сделал символический глоток бальзама Кахара и поднялся с места. – Меламори, это он и есть!
– Я поняла, – улыбнулась Меламори.
– Андэ, это леди Меламори Блимм, Мастер Преследования затаившихся и бегущих. Если тебе и следует кого-то бояться в этом здании, так это не безобидных господ полицейских, а ее. Ну и меня, конечно, совсем чуть-чуть, чтобы мне не было обидно. Пошли, ребята. Думаю, Камши с Шихолой уже часа два кружат по своему кабинету. Нервничают, бедняги. После того, как я сообщил Шихоле, в котором часу мы выезжаем, он чуть в обморок не грохнулся. Не верят, глупые, в мой талант гонщика.
