- Не уходи, пожалуйста, - испуганно лепечет она, пытается удержать его, изгибается кошкой, трется о его плечо.
- Надо, ведьмочка моя, надо. Я уйду, а ты должна остаться. Не время тебе.
- Вадим, пожалуйста, останься со мной. Мне холодно, - говорит она, не понимая, почему.
Сразу в комнату пробрался мороз. На окнах появился иней, расписал стекла причудливым узором. Изо рта вырывается облачко пара. Тело сотрясает озноб. Зима врывается в комнату стремительно. На мебели, полу, подоконнике - везде иней.
Она по-прежнему сидит на кровати, среди смятых простыней. Каких-то пару минут назад они сливались воедино. Здесь. На этой кровати. А теперь она обнажена. Кутается в простынь. Трясется в лихорадке. Он уже одет. Темные джинсы. Чуть расклешенные. По моде конца семидесятых годов прошлого века. Рубашка-поло. На воротнике узор. Яркой краской нанесен цветок. И в темных волосах его алеет гвоздика. Нет! Это не цветы и вышивка. Кровь, что стекает из раны. Струится по виску змейкой, впитывается в мягкий хлопок рубашки, разрастается. Вместо узора уже багряное пятно. Одежда медленно окрашивается в алый цвет. Набухает влагой. Он медленно растворяется. Его силуэт тает...
- Вадим, не уходи! - отчаянный крик. - Не надо, прошу тебя. Будь со мной!
- Не могу, Ксюха. Я должен.
- Я с тобой пойду! Подожди, я оденусь.
- Тебе нельзя. Позже. Когда-нибудь... А пока знай - я тебя...
- Нет! Не говори! Нельзя! Они узнают, разлучат, не позволят нам быть вместе, не позволят нам жить, быть счастливыми, - она тараторит, а он всё больше становится призрачной дымкой.
- Надо было раньше сказать, - откуда-то издалека слышен голос. - Ксюха, ведьма, скажи! Ты можешь... Мне нужно...
Его уже почти нет в комнате. Разыгралась метель. Снег летит откуда-то свысока, наметает сугробы. Падает на плечи, волосы, усыпает постель белоснежным покрывалом. Она сидит не шелохнувшись. Снежинки застывают на ресницах. Слез нет. Они горячие, могут согреть. А их нет! Вместо слез на ресницах - застывшая вода. И она не тает.
А его силуэт всё тает, тает... Исчезает... Растворяется в снежном мареве, теряется в круговерти...
- Скажи...
- Нельзя, я не могу, Вадим. Не уходи, - она хочет зарыдать, но не может. - Не уходи, - хрипит, давится словами. - Я тебя...
